В эфире было тихо, так как отвлекаться лишними разговорами тоже было не рекомендовано для того, чтобы сохранять концентрированность на текущей ситуации и случайно не упустить из памяти всех тактических подробностей операции. Вэндэр и Хэлбокс даже отказались от своего обычного музыкального сопровождения в пути в пользу всех мер внимательности и предосторожности. В этот раз обстановка ещё больше напоминала траурное молчаливое и угрюмое следование по пустыне группы ковбоев, верхом на лошадях на охоту в засаде за беглым дерзким негодяем.
Наконец, эту долгую тишину в кабинах пилотов начали поочерёдно нарушать сообщения штурманботов о приближении к области гор. В эфире послышались голоса пилотов группы «А». Под командованием Фрэи они выстраивались в соответствии с намеченным планом возможной передислокации по определённому периметру вдоль горного хребта. В свою очередь группа «Б» стала заходить на свою исходную позицию вытесняющей атаки на цель, при этом Джонс прошёл дальше Каташи Миядзаки по протяжённости хребта на целых двадцать миль, чтобы иметь возможность правильно выбрать и хорошо взять угол бокового щтурмующего сближения с основным сектором погони. Все спокойно стояли в ожидании, пока, наконец, не послышался голос Джонса в эфире:
— Исходную занял, — коротко прозвучало сообщение.
Прошла некоторая пауза.
— Начинай, — послышалась команда Миядзаки.
Джонс начал входить в зону гор, осторожно проходя ступени между коридорами, чтобы привыкнуть к особенностям местного ландшафта. Повороты были частыми с достаточно занесенными снегом промежутками между холмами. К тому же из-за многочисленных хаотично расположенных возвышенностей солнце постоянно меняло общую освещённость пространства вокруг. При солнцезащитном режиме шлема в тени близкорасположенных возвышенностей холмов было слишком темно, а без него свет просто ослеплял глаза. Таким образом, было тяжело сосредоточиться на дальности обзора, что сказывалось и на выборе скоростного режима и на утомляемости глазных мышц и нервов.
— Да, здесь действительно не разгонишься, — сказал Джонс.
— Я же говорил, — ответил Миядзаки, — это место мы с Кеном Хаттори называем «бамбуковой рощей». Здесь абсолютно невозможно быстро и свободно пилотировать машину. А глаза от солнца устают также быстро, как руки, когда пробираешься сквозь частые стволы бамбука.
— Интересно, — ответил Джонс, а у вас есть ещё какие-нибудь названия местностей?
— Конечно, — ответил Миядзаки, — например, в Земле Королевы Мод есть дистанция, которую мы называем просто «лестница», потому что на всём её протяжении подряд находится больше десятка сдвигов пластов. Она протягивается от высоких над уровнем моря точек расположения станции «Купол Фудзи» по убыванию вниз и по ней очень весело спускаться на скорости, постоянно подпрыгивая, как на трамплине. В целом в районе наших тренировочных заездов таких мест много и мы быстро ориентируемся между собой по придуманным названиям, чтобы не объясняться долго и не возиться с координатами.
— Фрэя, вы слышали? — спросил Джонс.
— Да, это интересно! — ответила она.
— Почему у нас до сих пор такого нет? — поинтересовался Джонс.
— Не знаю — не знаю, надо будет подумать, — весело сказала Фрэя и рассмеялась.
— Не отвлекайтесь, я начинаю движение! — вмешался Миядзаки, — до цели три мили, захожу в область гор.
— Я понял, — коротко отозвался Джонс.
Через некоторое время снова послышался голос Миядзаки:
— Цель тронулась, курс ожидаемый, скорость шестьдесят узлов, начинаю преследование.
В эфир дважды щёлкнули рацией в качестве подтверждения.
— Что у нас с синхронизацией по расстоянию? — спросил Джонс, после некоторой паузы.
Миядзаки включил режим СДИ на мониторе штурман-локации.