жащий покойник встали. Переглянулись друг с другом, приходя к определённому решению. Схватив тебя за руку, Лана, не требуя возражений, потянула, уводя за собой; покойник же ринулся на толпу, удерживая её. - Что ты делаешь? - Спасаю тебя. Ты должен уходить! - Разве это возможно? Их там десятки! А то и больше... - Неважно! Выберешься! Ты должен это сделать ради нашей дочери. Такое странное слово - ребёнок. Жизнь течёт по одним струнам, всё привычно и кажется, порой нечему более удивляться, как задевается новая, и вот ты не знаешь, что делать, как поступать? Это, действительно, радостное событие? Не ноша ли? - Не знаю, смогу ли я ей стать... отцом. Нужно ли ей вообще моё внимание... - оказавшись в небольшом заброшенному саду, неуверенно произносишь ты, когда посторонние звуки утихают и погоня, видно, приостанавливается. - Серьёзно? - сердясь и не замечая этого, она крепче сжимает твою руку; ты морщишься, но не подаёшь вида. - Как ты можешь говорить такие вещи! Каково ребёнку жить в одиночестве? Каково видеть одного возраста с тобой человека, но не испытывать того же, что и он? Не знать родительской любви? Ни теплоты душевной? Нужности! Ничего... - Остановившись, она отпускает тебя; ты, не успевая замедлиться, падаешь животом на землю. Обессиленно лежа, не находишь оправдательных слов. Чувствуется разбитость. К такому ты был не готов - лбом упираешься в рукав куртки. - Не ты ли говорил о своём мире, куда нет смысла возвращаться? Где не осталось больше никого важного? - Лана ходит не спеша вокруг тебя, смотря по сторонам; вас преследовали, но смысл от этого бежать, если нет полной уверенности в противостоянии. Можно ведь сдаться. - ... - Говори! - Я... - с нежеланием отвечаешь. - Но наша дочь, Лагунья, она - часть меня и тебя. Понимаешь это? - Понимаю... - Что ж, это к лучшему. В таком случае, пойми и это - моё возвращение невозможно. Я уже не человек. Умерла давно. Чего нельзя сказать про тебя - ты нужен ей. Пока ты пытаешься примириться с подобным заявлением, Лана подходит к навалившемуся на дерево забору, отламывает от него прутья, считая, что они помогут вам в дальнейшем передвижении, - скорее всего, большая часть мертвецов скопилась у тех самых ворот. Ожидается битва непростая, если, конечно, кто-то придёт к исключительно правильному решению. А ей хотелось, чтобы ты выбрал борьбу. Поднявшись и отряхиваясь от пыли, медля, смотрел на протянутый прут. Сейчас ты должен был прийти к окончательному решению - либо смерть и возможное пребывание в этом мире рядом с любимой, либо возвращение к дочери. В итоге, чуть колеблясь, беря железный прут в руки, решил-таки дать бой. Чего бы он не стоил, победа будет за тобой. В эти судьбоносные секунды, поставив для себя цель - найти путь к Лагунье, ты будешь идти до последнего. Обступая с разных сторон, неживые (среди которых уже были знакомые лица) перекрыли ходы к отступлению. Кто бы мог подумать, но стычка с ними, проверяющая твою решимость, начнётся раньше. - Я знал, что с тобой что-то не так, - начал Мэттью, обезумевши смотря в вашу сторону, видя, какая возможность предстала перед ним. - Теперь-то мы ворвёмся в людской мир! - Вторя его словам, три мертвеца позади него одобрительным воскликом отреагировали. - Сложно поверить в это, но он смог обмануть нас. Как у него это получилось? - вступила в разговор другая известная фигура - Мэри, оказавшаяся с левой стороны. За ней ещё два мертвеца. Итого семь против двоих. К слову, у тебя не было объяснений данному феномену. Скорее всего, покойники не смогли распознать в тебе человека по одной лишь причине - они не верили в приход живого, потому, всякий раз встречая тебя, они видели мертвеца с «остаточными чувствами», который не до конца осознал свою гибель и пытается вернуться к месту встречи или к дорогим, но уже в другой реальности, людям. - Неважно как! Главное, что больше он не сможет так просто прогуливаться по улицам! Теперь он станет ключом к нашей свободе! - Закончив договаривать речь, мужчина ринулся в твою сторону, опасливо размахивая ножом для мяса в разные стороны. Не то чтобы Мэттью, не задумываясь о сохранности твоей, желал тебя убить, просто ему хотелось как можно быстрее прийти к мечтаемому результату. Однако ты был не из робких - увернулся от удара, отступая назад, выставляя для блока вперёд прут. - Драться собираешься? - Собираюсь. - Насмешил, человек! Ты в невыгодном положении. Что ты можешь сделать против меня? Нас! Мёртвые начали смеяться. Лана и Мэри смотрели испепеляюще друг на друга, не решаясь бодаться друг с дружкой. Они ждали финала вашей битвы. - Чудо! - не задумываясь, выдал ты, отводя руку назад для замаха; быстрый рывок, попадание в мягкие ткани - Мэттью падает, змеёй извиваясь; ножик выскальзывает, оказываясь на земле. - Думаешь, у тебя есть преимущество надо мной? Я не собираюсь тут сгнить. Рассвирепев, мужчина кидается на тебя, но, ловко минуя направленные в твою сторону кулаки, ты ударяешь метко прутом по теме, примечая, что человек бы от такого мог с легкостью умереть. Трое ожидающих мертвецов, стоило их негласному лидеру перестать двигаться, пошли в атаку на тебя. Не в твою пользу было со всеми ними сражаться, притом что в драку вмешались ещё двое, но блага Лана не позволила им ударить тебя в спину, помешав. Потому, выбрав жертвой самого толстого из них, кинул ему под ноги прут, и пока тот падал, ты, перекатившись, добрался до ножа, выставляя его вперёд. - Про меня не забывай! - кочергой ударяя в спину (содрогнувшись, начал кашлять), насмешливо пролепетала Мэри, тут же получая неслабый удар по плечу от подоспевшей Ланы. - Ах ты предательница! Ты такая же, как и мы, но помогаешь этому смертному! Неизвестно, как долго бы шла потасовка, в чью бы пользу всё закончилось, но когда в сад ворвалось ещё пару мертвецов, вы с Ланой, переглянувшись, поняли - это конец, который, на удивление, был уготовлен не для вас. Как оказалось, по каким-то собственным причинам, подоспевшая сила была на вашей стороне. Какой смысл было им вам помогать, вы не знали, но не видя иного выхода, как довериться, приняли их помощь.