– Да. Здесь снова владычица ситуации – женщина. Добавляешь амбру в любимые духи, и с вдыхаемым ароматом мужик получает такое количество гормонов в кровь, что практически зомбируется. То есть рассудочная часть мозга отключается, – Катька торжествовала.
– А что делать, когда действие амбры закончиться?
– Ты уже взрослая девочка… сама придумаешь.
– Ну, он помнить-то меня хотя бы будет?
– Мил, ты тупая, да? Я для тебя наизнанку вывернулась, доставая эту амбру, а ты издеваешься!
– Ну, хорошо, хорошо, – Мила взяла со стола флакончик и стала его разглядывать на свет. – Кать, а кит твой был здоров? А то знаешь, вдруг у него болезнь была какая-нибудь рыбная, и станет твой Илья Андреевич импотентом.
– Нет, я больше так не могу, – давясь от смеха, взвыла Катька. – Кит – это не рыба. Иди уже на свидание.
Мила отправилась в прихожую надевать пальто.
– Кать.
– Что еще?
– Амбру когда надо капать? Сейчас или лучше потом? А то приду в ресторан уже не одна.
Хохоча и толкаясь попами, подружки дошли до лифта.
– Ну, с Богом! – сказала Катька уже на полном серьезе, когда лифт доехал до первого этажа. – Как вернешься – звони, я прибегу.
Маленький, уютный ресторанчик с кусачими ценами, Миле был знаком очень хорошо. Она, не заглядывая в меню, могла сделать заказ любого блюда, но из уважения к Илье Андреевичу старательно изображала внимательное изучение кожаной книги, принесенной официантом.
Илья Андреевич, большой и харизматичный человек, произвел на Милу благоприятное впечатление. Темные волосы с проседью, зеленовато-карие глаза, обаятельная улыбка. Заказ сделал правильный – и не дорогой, и не дешевый. В нем вообще все было правильно. Поначалу Милу это никак не напрягло.
– Людмила Николаевна, расскажите о себе, – подчеркнуто ласково попросил Илья Андреевич.
Мила почувствовала себя как на экзамене:
– А что про меня можно рассказать… все очень банально. Разведена. Взрослый сын. Работа – дом, дом – работа. Есть, правда, любимые увлечения, – Мила набрала воздуха в легкие, чтобы с удовольствием предаться повествованию о любимом хобби.
– Расскажите про работу, – улыбнулся Илья Андреевич.
Мила выдохнула: «Он что, издевается?»
В ресторане в это время было людно, и заказ задерживался на кухне. Надо было дотянуть время до аперитива.
– Про работу? Ну-у… Я отлучусь на секундочку и вернусь, – извинилась Мила.
Она схватила сумку и направилась к туалету в конце зала. В кабинке уборной извлекла из кармашка флакончик с амброй, капнула на запястье, как учила Катерина, сверху спрыснула духами, и еще амброй, для верности.
Войдя в зал, обнаружила скучающего сомелье. К счастью, Илья Андреевич сидел спиной к входу.
– «Кьянти Классик». Только быстро! – прошипела Мила в ухо сомелье, ухватив его за рукав пиджака.
– Будет сделано, – понимающе отреагировал знаток вин.
Мила, как ни в чем не бывало, прошла к своему столику.
– Прошу прощения за прерванный разговор, – и томно взглянула на собеседника.
Илья Андреевич галантно пододвинул стул.
– Мы, кажется, остановились на работе, – начала Мила, взмахнув руками с амброй, – для лучшего результата.
Ей очень захотелось рассказать о зануде главном бухгалтере, о бестолковой секретарше, но подсознательное ей подсказывало, что Илья Андреевич не предназначен для подобных разговоров.
– Я руководящий работник, на хорошем счету у более высокого руководства, имею соответствующее высшее образование, – Мила сама себе не верила, что рассказывает о себе подобным образом, но Илье Андреевичу это, как ни странно, нравилось.
– А сын у вас чем занимается? – поинтересовался жених.
Пока Мила вспоминала анкетные данные своего мальчика, принесли спасительную бутылку Кьянти.
– Я вино не буду, – отрезал Илья Андреевич.
– Я буду, – переключила на себя внимание официанта Мила.
– Хорошее вино? Я спиртное не потребляю вообще, – похвастался он.
– Сочувствую, – не поддержала она. – Моя подружка называет это вино «червивкой», а мне оно нравится.
Сделав три глотка и опустив бокал, Мила встретилась с тревожным взглядом Ильи Андреевича.
– А расскажите о себе, – вдруг осенило ее.
Илья Андреевич как будто ждал этого. Многозначительно облокотившись на стол, он начал:
– Вам Екатерина Олеговна наверняка про меня уже в общих чертах рассказала. Для начала, я хотел бы изложить вам свои жизненные правила. Они достаточно ясны и просты, как это бывает у человека, который точно знает, чего он хочет от этой жизни. Мне хотелось бы создать семью, наладить свой быт, но я не терплю случайных людей. Жить надо среди «своих». Мне очень важно, что человек из себя представляет. Я не буду садиться за стол, с кем попало. В моей семье принято считать свой дом своей крепостью.