— Мистер Лэнг ничего не утверждает, если будет угодно суду. Он только дает показания, основанные на фактах.
— Итак, мистер Лэнг, вы лично не знаете ни одного случая, когда кто-нибудь из знакомых вам коммунистов получил приказ отправиться в Испанию и сражаться за Испанскую республику. Правильно я вас понял?
— Я действительно не знаю такого случая, — признался Лэнг, и его взгляд снова остановился на Бене. К счастью для него, тот в эту минуту склонился над своими записями.
— Какого вы мнения, мистер Лэнг, о человеке, который использует доверие других людей в предательских целях?
— Не понимаю.
— Между тем это очень простой вопрос, — сказал Сэм. — Какого вы мнения о человеке, который предает другого человека?
— Может быть, вопрос и простой, — вмешался Биллингс, поднимаясь, — но в данном случае я нахожу его неуместным. Я возражаю против него.
— Какую цель преследует ваш вопрос, мистер Табачник? — поинтересовался судья.
— Он необходим мне для следующих вопросов, ваша честь, — ответил Сэм, — и, с вашего разрешения, я не буду пока раскрывать его цель.
— Вопрос защитника остается в силе, — сказал судья, — а вы, мистер Биллингс, можете зарезервировать за собой право ходатайствовать об исключении его из стенограммы.
— Итак, ответьте, пожалуйста, на мой вопрос, — обратился Табачник к свидетелю.
— Он задан в слишком общей форме, — проговорил Лэнг, — но могу сказать, что я плохого мнения о том, кто предает другого.
— Сколько раз вы встречали обвиняемого в Испании?
— Кажется, раза два или три.
— Когда вы впервые встретились с ним после Испании?
— В декабре 1938 года, в Гавре.
— К тому времени вы стали испытывать к нему какое-нибудь враждебное чувство?
— Совсем нет! — заулыбался Лэнг.
— Вы давали мистеру Блау взаймы деньги в Нью-Йорке в 1939 году?
— Да. И он мне их вернул.
— Это по вашей просьбе мистер Чэдвик, ваш издатель, выпустил книгу «Волонтер армии свободы», написанную в то время мистером Блау?
— Да, по моей. Это была хорошая книга.
— Насколько мне известно, в 1939 году, примерно 15 сентября, у вас произошла ссора с мистером Блау? («Ага! — подумал Лэнг. — Начинается! Если раньше Табачник упустил благоприятную возможность, то теперь он ее не упустит!»).
— Я не помню никакой ссоры. Я помню только довольно жаркую дискуссию. (Он взглянул на Бена, но, увидев, что тот смотрит на него, отвернулся, встретил пристальный взгляд Энн и потупился).
— Не сможете ли вы припомнить, что именно было предметом этой, как вы выразились, жаркой дискуссии, которую я лично предпочитаю называть ссорой?
— Не помню, — твердо ответил Лэнг. (Это был наиболее безопасный ответ).
— Я имею в виду то, что произошло 17 сентября 1939 года, — уточнил Сэм.
— Я не могу вспомнить.
Помолчав, Сэм снова обратился к свидетелю:
— Не можете вспомнить потому, что были мертвецки пьяны, или…
— Возражаю!
— Возражение принимается.
— Мистер Лэнг, — продолжал Табачник, — вас когда-нибудь помещали в психиатрическую лечебницу?
— Никогда! — решительно заявил Лэнг. Он был вне себя.
— Но вам приходилось лечиться у психиатра?
Лэнг молчал, его лицо залила краска.
— Ваша честь, — снова поднялся Биллингс, — сотни тысяч, буквально миллионы людей лечатся у психиатров и…
— Это возражение?
— Безусловно. На том основании, что вопрос не относится к делу.
— Возражение отклоняется.
— Да, лечился, — с жалким видом пролепетал Лэнг. «Этот негодяй Мортон снова предал меня! — пронеслось у него в голове. — Это он, наверно, сообщил в ФБР о его кратковременном пребывании в партии, а сейчас защитник, чтобы погубить его репутацию, использует в суде тот факт, что он лечился у Мортона». — Лэнг недоумевал, почему Табачник до сих пор не перешел к тому, в чем он действительно был уязвим, — к вопросу о его пребывании в коммунистической партии.
— В Испании, мистер Лэнг, вы были не только корреспондентом телеграфных агентств, но и одновременно агентом разведывательной службы правительства Соединенных Штатов?
— Нет, я ке был агентом, — ответил Лэнг, вспоминая, что в комиссии по расследованию антиамериканской деятельности ему уже задавали подобный вопрос.
— Но как журналист вы, конечно, сотрудничали с американским посольством и военным атташе армии Соединенных Штатов?
— Что вы имеете в виду под словом «сотрудничество»?
— Именно то, что делают все аккредитованные корреспонденты, мистер Лэнг, когда их просят об этом, — сбор и доставку нужной информации.