Слово достойных людей не расходится с делом хорошим.
Подлые речи дурных только на ветер идут.
«Самое лучшее, Кирн, что дали бессмертные людям…»
Самое лучшее, Кирн, что дали бессмертные людям, —
Разум. Любые дела можно рассудком обнять.
Счастлив, кто им обладает. Гораздо приятней разумно,
Нежели в чванстве пустом, в гибельной гордости
жить.
Гордость — несчастье для смертных. Страшнее, чем
чванство и гордость,
Нет на земле ничего. Всякие беды от них.
«Если позора ты сам не терпел и других не позорил…»
Если позора ты сам не терпел и других не позорил,
Кирн, добродетель свою ты хорошо доказал.
«Ум и язык — это благо. Немного, однако, найдется…»
Ум и язык — это благо. Немного, однако, найдется
Смертных, чтоб тем и другим верно могли б
«Птицы пронзительный крик услышал я, сын Полипая…»
Птицы пронзительный крик услышал я, сын Полипая:
Нам возвещает она время весенних работ —
Пахоты время и сева. И черная боль охватила
Сердце мое — не про нас пышного поля простор!
«Можешь остаться у нас. Но тебя приглашать мы не станем…»
Можешь остаться у нас. Но тебя приглашать мы
не станем.
Бремя для всех на пиру, мил ты за дверью, как
друг.
«Родом я неизвестный. Я в Фивах живу, крепкостенном…»
Родом я неизвестный. Я в Фивах живу, крепкостенном
Городе. Мне привелось землю покинуть отцов.
Милых предков моих не смей поносить, Аргирида,
Ради забавы. Тебе рабская доля дана,
Мне же, о женщина, беды другие достались в изгнанье,
Множество бед. Но не мне рабство тяжелое знать.
Нет, меня не продашь. Вдали, у равнины Летейской,
Город прекрасный стоит. Это мой город родной.
«Рядом с рыдающим, Кирн, никогда мы не станем смеяться…»
Рядом с рыдающим, Кирн, никогда мы не станем
смеяться,
Как бы ни радовал нас в собственном деле успех.
«Трудно заставить врага-ненавистника верить обману…»
Трудно заставить врага-ненавистника верить обману.
Друга же очень легко другу, о Кирн, обмануть.
«Слово приносит обычно великий урон человеку…»
Слово приносит обычно великий урон человеку,
Если окажется он слишком взволнован, мой Кирн.
«Нет справедливости в гневе, он только вредит человеку…»
Нет справедливости в гневе, он только вредит человеку,
Делая душу его подлой и низкою, Кирн.
«О Киферея-Киприда, искусная в кознях, могучим…»
О Киферея-Киприда, искусная в кознях, могучим
Даром тебя одарил Зевс, отличая тебя.
Ты покоряешь умнейших, и нет никого, кто настолько
Был бы могуч или мудр, чтобы тебя избежать.
СИМОНИД КЕОССКИЙ
Отрывок элегии
Нет у людей ничего долговечного. Истину эту
Выразил лучше всего славный хиосец, сказав:
«Так же, как листья деревьев, сменяются роды людские».
Редко, однако же, кто, слушая эти слова,
Воспринимает их сердцем своим — потому что надежда
В каждом живет, с юных лет укореняясь в груди.
Каждый, пока не увял еще цвет его юности милой,
Много несбыточных дум носит в незрелом уме;
Мысли о старости, смерти грозящей его не тревожат,
Нет до болезней ему дела, пока он здоров.
Жалок, чей ум так настроен, кто даже подумать не хочет,
Сколь ненадолго даны смертному юность и жизнь!
Ты же, постигнувший это, ищи до конца своей жизни
Благ, от которых душе было б отрадно твоей.
Анакреонту
1
Гроздьев живительных мать, чародейка лоза винограда!
Ты, что даешь от себя отпрыски цепких ветвей!
Вейся по стеле высокой над Анакреонтом-теосцем,
Зеленью свежей покрой низкую насыпь земли.
Пусть он, любивший вино и пиры и в чаду опьяненья
Певший на лире всю ночь, юношей, милых ему,
Видит и, лежа в земле, над своей головою висящий,
В гроздьях на гибких ветвях, спелый, прекрасный
твой плод;
Пусть окропляются влагой росистой уста, из которых
Слаще, чем влага твоя, некогда песня лилась!