«Шею свою врагам никогда под ярмо не подставлю…»
Шею свою врагам никогда под ярмо не подставлю,
Даже если и Тмоп сядет на голову мне.
«В подлости гнусной своей суетится и мечется низкий…»
В подлости гнусной своей суетится и мечется низкий.
Лишь благородный всегда к цели идет по прямой.
«Чтобы напакостить, Кирн, труда не нужно большого…»
Чтобы напакостить, Кирн, труда не нужно большого,
Право же, много трудней доброе дело свершит!
«Сердце, спокойно терпи, как ни были б тяжки страданья…»
Сердце, спокойно терпи, как ни были б тяжки страданья,
Вспыльчивость — это, поверь, качество низких
людей.
Там, где ничем не поможешь, не нужно вздыхать
и сердиться,
Рану свою бередя, радовать злейших врагов,
Близких друзей огорчать. Богами положенной доли
Даже с великим трудом нам избежать не дано,
Даже если спуститься на дно багряного моря,
Даже если навек в Тартар печальный уйти.
«Тот глупец и дурак, кто вином утешаться не хочет…»
Тот глупец и дурак, кто вином утешаться не хочет
В дни, когда звездного Пса вновь наступила пора.
«Кто на этом пиру уснул, потеплее укрывшись…»
Кто на этом пиру уснул, потеплее укрывшись, —
Зевсом клянусь, для того радости много в питье.
«Я, как ребенку отец, тебе наставленья благие…»
Я, как ребенку отец, тебе наставленья благие
Дам и хочу, чтоб они в душу запали твою:
Ты опрометчив не будь, чтоб зла не наделать, старайся
Всякое дело свое взвешивать здравым умом.
Резкие взлеты ума и души бесноватым присущи.
Трезвый расчет и совет — вот что к добру приведет.
«Кончим наш разговор. Сыграй-ка мне лучше на флейте…»
Кончим наш разговор. Сыграй-ка мне лучше на флейте.
Вспомнить о музах сейчас время обоим пришло.
Муз восхитительный дар в безраздельное отдан владенье
Мне и тебе. Остальным только вниманье дано.
«Нрав человека узнать, наблюдая за ним в отдаленье…»
Нрав человека узнать, наблюдая за ним в отдаленье,
Как бы ты ни был мудр, трудно подчас, Тимагор.
Подлость скрывают одни под великим богатством. Другие
Лучшие качества все в бедности прячут своей.
«В юности можно всю ночь провести со сверстницей милой…»
В юности можно всю ночь провести со сверстницей
милой,
Сладких любовных трудов полную меру неся,
Или во время пиров распевать под музыку флейты —
Нет ничего на земле этих занятий милей
Всем до единого смертным. И что мне почет и богатство,
Если милее всего — в радостях весело жить.
«Те дураки и глупцы, которые плачут о мертвых…»
Те дураки и глупцы, которые плачут о мертвых.
Юности вянет цветок — надо бы плакать о нем.
«Очень трудно судить о конце несвершенного дела…»
Очень трудно судить о конце несвершенного дела,
Как его бог завершит, трудно сказать наперед.
Мрак перед нами простерся. Пока не наступят событья,
Смертный не может сказать, где же незнанью
предел.
«Как бы мыслей своих ни менял человек благородный…»
Как бы мыслей своих ни менял человек благородный,
Верность другу хранить нужно ему до конца.
«Многое трудно тебе. Ведь ты, Демонакт, не умеешь…»
Многое трудно тебе. Ведь ты, Демонакт, не умеешь
Тем заниматься, к чему сердце твое не лежит.
«Лучше теперь поищи другого. Мне незачем это…»
Лучше теперь поищи другого. Мне незачем это
Делать. За прежнее мне будь благодарен еще.
«Время придет, погоди, вспорхну, как над озером птица…»
Время придет, погоди, вспорхну, как над озером птица,
Птица, которая вдруг, петлю свою разорвав,
Прочь от плохого летит хозяина. Ты же позднее,
Дружбы лишившись моей, мудрость узнаешь мою.
«Тот человек, что меня пред тобой очернил и заставил…»
Тот человек, что меня пред тобой очернил и заставил
Вдруг удалиться тебя, дружбу со мной прекратив…
«Кирн, погубила уже Колофон, Магнесию, Смирну…»
Кирн, погубила уже Колофон, Магнесию, Смирну
Наглость. Конечно, и вас тоже погубит она.
«Кирн, благородный вчера — сегодня унижен, а низкий…»
Кирн, благородный вчера — сегодня унижен, а низкий
Стал благородным теперь. Кто б это вынести мог?
Добрый вконец обесчещен, почет подлецу достается.
В брачный войти договор с подлыми знатный готов.
«Будучи с деньгами сам, ты назвал меня нищим. Однако…»
Будучи с деньгами сам, ты назвал меня нищим. Однако
Кое-что есть у меня, кое-что боги дадут.
«Всех ты божеств, о богатство, желаннее, всех ты прекрасней…»
Всех ты божеств, о богатство, желаннее, всех ты
прекрасней.
Как бы кто ни был дурен, будет с тобою хорош.
«Феб-Аполлон, Летоид, и Зевс, повелитель бессмертных…»
Феб-Аполлон, Летоид, и Зевс, повелитель бессмертных,
Вдосталь мне сил молодых пусть благосклонно
пошлют,
Чтобы праведно жить вдали от всяких несчастий,
Радуясь юным годам, сердце богатством согрев.
«Бедствия лучше забыть. С Одиссеем сравнюсь я в страданьях…»
Бедствия лучше забыть. С Одиссеем сравнюсь я
в страданьях,
С тем, кто, Аид посетив, выйти оттуда сумел,
С тем, кто с жестокой душой сумел женихов Пенелопы,
Отданной в жены ему, радуясь в сердце, убить.
Долго ждала она и с сыном своим оставалась,
Прежде чем он, возвратясь, к пышному ложу
пришел.