Самым проблемным в этой работе для нас тогда было отверстия пробуравить в деревяшках под штырь, под ось рычага, да под крепления дуги к ложе. Не было ведь у нас ни дрели, ни свёрл, и мне тогда пришлось импровизировать, затачивая под сверло насадку крестообразную для отвёртки из комплекта моего мультитула. Теперь же, когда у нас есть нормальный инструмент, а не походно-туристический, включая коловороты со свёрлами, вся работа становится тривиальной рутиной. Сделаем один агрегат, покажем сипаям, как такие вещи делаются, поруководим изготовлением второго уже ихними руками, оставим Мани пару запасных комплектов инструмента, и пущай дальше руководит вооружением сипайского гарнизона вверенной ему базы и местных союзников лёгкой противотанковой артиллерией уже без нас. Такую конструкцию, да с нашим инструментом – вполне осилят, запчасти и расходники к ней – тем более.
Так мы и объяснили вождю заинтересовавший его вопрос, не грузя его мелкими технологическими тонкостями. Показали арбалет одного из наших бойцов, средневековую классику, растолковали, что можно сделать грубятину попроще и полностью деревянной, без единой металлической детали, и ничто не мешает сделать её такого размера, чтобы она метала тяжёлые копья вместо лёгких стрел. На днях одну такую сделаем для нашей базы, а по её образцу местные служащие базы под руководством Мани смогут сделать ещё.
Потом шло посвящение нового шамана, в которые за неимением своих кадров решили поверстать лучшего из помощников соседского. Три шамана устроили кандидату экзамен по теории вероучения, оказавшейся довольно сложной. Несколько минут нам ещё могла что-то перевести наша переводчица из Тамманавы, сперва сразу на синхальский, с которого нам переводил Мани, потом на дравидский, когда уже не могла подобрать слова по-синхальски, так что пришлось подключаться и Чендану. Но затем она призналась, что дальше – хоть и понимает слова, смысл фраз от неё уже ускользает. Где-то пару минут мы ещё пытались что-то выяснить через наводящие вопросы, но упёрлись в конце концов в глухую стену. Местный дравид, владевший веддским языком, тоже помочь ничем не мог. Сказал, что ведды не посвящают чужих людей в подробности своего вероучения. Верят в духов всех живых существ, верят в существование самой главной большой кобры, именно её духу и поклоняются, других больших кобр почитают как её родню. Верят в то, что от главной большой кобры происходят прародители их народа, но в прямом биологическом смысле или в мистическом через переселение душ, не знал и сам дравид. Вроде бы, нет у них признаков веры в реинкарнации, но точно – кто знает? Ведды не рассказывают таких подробностей чужакам.
Затем мы переключились на обсуждение брачно-семейных обычаев веддов. Нас ведь Юлька уверяла, что у них чуть ли не матриархат должен быть. Ну да, счёт родства и в самом деле матрилинейный у них в качестве основного принят, и после заключения брака муж переселяется в селение жены, но ни о какой власти баб нет и речи. Есть, конечно, их влияние на мнение мужей на правах пресловутых "ночных кукушек", в данном случае не вразнобой, а более согласованное, поскольку обусловлено более тесными родственными связями, но и только. Правят общиной вождь и старейшины, выбирают вождя взрослые охотники, они же и мнения свои высказывают при обсуждении тех или иных вопросов, а уж в какой степени на их мнения повлияли мнения их жён – остаётся семейными тайнами. Да и фингалы у нескольких легкомысленных бабёнок на матриархат как-то не намекают.
Вопрос этот между тем принципиально важен в отношении тех девок, которых предстояло отобрать для наших колонистов. Ведь замуж за бугор – это именно за бугор в буквальном почти смысле, то бишь однозначно на вывоз. Там не будет рядом ни родоков, ни бабьей родни, которой можно на мужа нажаловаться, если вертеть им в соответствии со своими хотелками не получается. Патриархат там у нас во всех смыслах, и если сама в своей правоте мужа не убедила – выполняй его решение и не шипи тут, ты же ни разу не королевская кобра, так что прения окончены, и вопрос закрыт. У турдетанского колониста может быть только турдетанская семья, и этим всё сказано. То же самое касается в полной мере и нашей здешней базы. Нет пока-что турдетанских солдат из-за моря – ничего, есть сипаи вместо них, служат и живут на базе, которая и есть их поселение. Вышедшая замуж за сипая – переселяется к нему и приноравливается к принятым на базе порядкам, и этого никто не скрывает, так что пущай настраиваются на это сразу. Обо всём предупреждаем заранее, ничего не скрываем, что непонятно – спрашивайте.