У них челюсти у всех поотвисали, когда я поочерёдно указал пальцем на всех ихних шмакодявок подросткового возраста. Потом загалдели все возмущённо, а кто-то из мужиков и в халабуды свои бросился – не иначе, как за оружием. Но это мы переживём, главное – сами перепуганные шмакодявки кинулись к матерям, тут же их сграбаставшим. Именно этого я и добивался. Для некоторой разрядки обстановки – с учётом вернувшихся уже вооружёнными мужиков – я показал им поднятый вверх отогнутый палец – типа, не все ваши девки мне нужны, а адын штука. Оглядываю ихних баб – ага, у одной из двух с самыми лучшими фигурами как раз подходящего возраста шмакодявка, да и отец ейный хорошо сложен, порода добротная, не в кого девке дурнушкой вырасти. Ещё раз показал всей толпе один палец и указал им на эту девчонку – типа, вот эту хочу. Та, ясный хрен, в рёв, мамаша ейная – в истерический визг, папаша орёт чего-то возмущённо и трясёт своим копьём, выступив вперёд и закрыв собой семейство. Бабы остальные, убедившись, что их детям ничего не грозит, обороты сбавили, половина вообще замолкла, зато мужики – все выступили вперёд, демонстрируя готовность поддержать соплеменника, и сам их главнюк, конечно, возмущён не меньше их. Молодцы, что тут скажешь! Всё прекрасно понимаю, и их реакцию могу только одобрить. Хоть сей секунд для нас это и хлопотнее, но в общем и целом приятнее всё-таки иметь дело с нормальными людьми, а не с выродками, которые способны легко и непринуждённо отдать ребёнка за пусть и полезную, но стекляшку.
Для начала я указал на шмакодявку, на них самих, на наших, затем на свой рот, изобразил жевание и отрицательно замотал башкой, подкрепив отвращающим жестом рук – типа, не бздите, людей мы не едим и девчонку вашу не съедим. Это, вроде, поняли, даже немного поостыли. Затем я простёр руки к небу, снова указал им на шмакодявку, коснулся рукояти своего кинжала и изобразил руками, что достаю его и режу жертву. И показал им снова башкой и руками отрицание. Потом указал на одну из ихних кур и снова изобразил жертвоприношение – типа, нашим богам и животных достаточно, не зарежем мы девку на жертвенном алтаре. Всё ли они поняли правильно, хрен их знает, но вроде, ещё маленько поостыли. По крайней мере, видно, что без идиотской стычки со смертоубийствами мы с ними как-нибудь уж обойдёмся. До согласия было ещё далеко, но они уже и меж собой о чём-то залопотали. Я подал знак нашим, и мне передали баул с "дикарским набором" для меновой торговли. На расстеленный кусок мешковины я положил линзу – торжественно её водрузил и изобразил сожаление от расставания со столь ценной вещью. Извлечённые из баула первым делом три связки ярких цветных ленточек оживление вызвали только у половины баб, да у детворы, не произведя никакого впечатления на мужиков. Ну, я-то на него и не рассчитывал – увидел уже, что знакомы они с тканью, хоть и с грубой. Достал и добавил пять ниток цветных стеклянных бус – ага, у двух третей баб глаза заблестели. А я длбавил и два бронзовых зеркальца, пустил одним из них солнечный зайчик, дабы поняли, какой ништяк могут получить. Добавил и три колокольчика, не забыв и позвенеть в один из них. Бабы впечатлились уже все, окромя мамаши шмакодявки, начали ей втолковывать чего-то, она на них наорала – три её только поддержали, две в возрасте и одна молодая. А мужики – ну, глядели на них, что-то обсуждали, но без особого энтузиазма. Ничего, дайте только срок, сейчас мы главным калибром по вам шандарахнем!