И самое-то ведь обидное, что ничем не хуже мои шелкоткачи – такого, как Рам, поди ещё поищи. Вот пряхи – да, не под силу им спрясть честным способом то, что никто в Китае и не прядёт, а наоборот, из готовых паутинок нить нужной толщины свивают. Это и мои сделают не хуже, дай им только китайские тутовые коконы! Но о них можно только мечтать, а пока меня пряжа китайская шёлковая интересует. Оказалось, есть и она, хоть и у другого индо-малайца. Не один я такой хитрожопый, решивший загрузить своих ткачей импортной китайской пряжей – индусы пораньше меня до этого допетрили, а спрос ведь, как известно, рождает предложение. Свой шёлковый газ индусы давно уже из китайской пряжи ткать наловчились, и дураком надо быть, чтобы хорошему примеру не последовать.
Ознакомились с ассортиментом у обоих индо-малайцев, приценились, отобрали интересующий нас товар, поторговались с обоими, пришли к общему знаменателю. Шёлк и здесь, конечно, недёшев, но по сравнению с Лужей – млять, ну и дурят же нашего брата эти грёбаные спекулянты! Я ведь упоминал уже в своё время, что и косский шёлк идёт на вес золота? Вровень с ним и аналогичный по качеству индийский – тот, который в натуре индийский, а не транзитный через Индию китайский. Не получается у косцев цену на него сбить по причине мизерности предложения, и моя мануфактура тоже погоды не делает. А китайский, включая в него условно и сотканный в Индии из китайской пряжи – тот уже и на полуторный вес золота в Луже идёт, и на двойной. Мало кто такую одёжку может себе позволить, не говоря уже о прочем тряпье, так в Гребипте, дабы сбыт облегчить, обратно на пряжу импортную шёлковую ткань распускают и ткут по новой напополам с хлопком, льном, а то и с шерстью. Такую полушёлковую ткань уже в разы больше народу купить в состоянии, и берут ведь, потому как по кошельку и понты. А здесь на вес серебра от силы тот шёлк в среднем идёт, и мы репу чешем – почём же он тогда в самом Китае?
– Марворид лозим нест! – отшил Володя очередного жемчужного впаривателя, – И не бздят же аж сюда со своим палевом топать! Сколько, интересно, ментам отстёгивают за слепоту и глухоту?
– Ты лучше спроси, сколько высокому начальству этих ментов заносят паханы этих прохвостов, – прикололся я, – Наверняка ведь достаточно для мира-дружбы-жвачки.
Но Восток есть Восток – откровенная коррупция и относительный порядок на нём как-то ухитряются сосуществовать и даже не сильно друг другу мешать. Здесь уже не фронтирное захолустье Тамманавы, здесь морские ворота столицы царька, и синхальский порядок твёрд. Каждую сделку регистрировать у чинуши приходится, чем нам и пришлось заняться сразу же, как договорились с бенгальцами и с индо-малайцами. Делается это для тотального учёта и контроля, без которого немыслима восточная деспотия, но надо отдать и должное – заодно это и удобнее, если от уплаты пошлин уклониться не пытаешься. Они здесь, конечно, грабительские, если с местными ценами на товары их сравнивать, но для нас-то по сравнению с ценами этих же товаров в Луже они просто смешные. Ага, большой привет тамильским, бармалеевским и птолемеевским вымогателям, которым с нас содрать такие же грабительские пошлины не судьба. Однократный рэкет тутошних синхалов – не тот случай, из-за которого есть смысл лезть в бутылку.
Порешав насущные вопросы на дальнем рынке Махатиттхи, мы направились на ближний возле самого Талахори. Он там такой же в принципе, но есть некоторая разница в деталях. На дальнем мы бенгальцев с индо-малайцами искали, а на ближнем и дравидов малабарских встретишь наверняка, и бармалеев южноаравийских, если повезёт. Нам-то их найти было бы желательнее, потому как малабарцам за южноаравийские благовония не с руки как-то переплачивать. Понятно, что и у них тоже будет гораздо дешевле, чем в Луже, но не настолько, как транзитные через бармалеев индийские товары.
Так уж сложилось исторически, что южноаравийские ладан и мирра прижились повсюду не только в качестве светских благовоний, но и в качестве богослужебных. Из-за их редкости и дороговизны как раз. Религия – это ведь такая штука, что всё положенное ей – вынь, да положь, и абсолютно не гребёт её профессиональных идиологов, насколько положенные пожертвования для прихожан обременительны. Благочестие требует жертв. И в результате, сколько бы ни стоили эти ладан и мирра, сбыт их гарантирован, поскольку это в светской жизни без них можно обойтись, а в религиозной – даже думать не смей ни о малейшем нарушении священных традиций. Не могут обойтись без принятых традицией аравийских благовоний ни египетские храмы, ни ближневосточные, ни греко-римские, ни индийские. Поэтому едва ли и в Индии ладан с миррой будут стоить копейки.