– Тиглат, ты, помнится, устраивал знатную охоту моему отцу? – обратился ко мне внезапно Сварнраадж. В моих мыслях творился сумбур, но я поспешил ответить:
– Да, Солнцеликий. Но я не помню тебя на этом мероприятии…
– Меня там и не было. И я не о том, – отмахнулся молодой правитель. – Я желаю по приезду в Бхопалар устроить праздник в честь победы. Там будет большой пир. И большая охота. Ты и мой Адаалат-ка-Джаду должны будете представить там что-нибудь особенное. Подумайте пока, что именно. У вас есть не меньше двух месяцев.
– Конечно, государь, – кивнул я, подумав, что мы уже справились с поставленной задачей. Тут меньше чем через месяц вылезет такое, что сам дичью станешь. Судя по силе тех же ездовых или гвардейцев, сам Эмуша должен быть куда как опаснее. Даже страшно представить, насколько. По самым старым преданиям из тех, которые я мимоходом изучал, он является злым богом-ящером с тремя парами разноцветных глаз. Цвета – синий, красный и зелёный. Я ничего не понимаю в магии теней, но точно знаю, что свет таких цветов имеет в ней какие-то особенности. К тому же, у Эмуши есть верные слуги каждого из цветов. Из красных его слуг можно выделить гончих. Ездовые – синие. Что же такое зеленый цвет? И имеет ли всё это вообще какой-нибудь смысл? Эх, получить бы сейчас доступ к библиотеке Храма. И время. На чтение. И на развитие. Лет сто. А лучше – тысячу. Но посмотрим.
Армия восстанавливала порядок с каждым шагом. Страх отступал, дисциплина налаживалась. Командиры сводных отрядов приводили к послушанию, а солдаты, не видя угрозы, успокаивались. Назад было отправлено несколько отрядов, чтобы помочь с перевозкой раненых. Собственно, уже вскоре, спустя всего часа два, мы подошли к старому лагерю, который и стали занимать. Это время я потратил с толком: собирал ману. Думать буду потом. Вряд ли мои измышления помогут мне в ближайшие часы при отсутствии маны.
Когда привезли раненых, стало совсем не до лишних мыслей. Сварнраадж всё время пути о чём-то говорил с гуру и Абтармаханом. Брафкасап, кажется, тоже участвовал в разговоре. В самом лагере Раджа отвлёк Абтармахана для помощи раненым, как и меня, и ещё некоторых чародеев. В основном – храмовников и некоторых внехрамовых кудесников. Вплоть до вечера мы занимались оказанием медицинской помощи. Армия, не расслабляясь, увеличила число дежурных, пустила патрули вокруг лагеря.
Раненых было много, но к вечеру всем, имевшим тяжёлые ранения или бывшим богатого либо знатного происхождения помощь уже была оказана, так что я отправился спать, не забивая себе голову всякими лишними проблемами. Утром меня, удивительно, поднял не Абтармахан. Ему было сложнее вчера работать целителем: техники медитаций брахмана основывались на работе со своим духом-спутником в качестве эдакого медиума. Хотя обычно медиумом является как раз человек. Из-за этого ему сложнее было заниматься накоплением энергии, которой ему и так не доставало. Видимо поэтому я смог проснуться сам, а тренировки и учёбу брахман отложил на более поздний срок. Но не стоит обольщаться: уже после полудня, уверен, он меня найдёт.
Собственно, стоило мне только привести себя в порядок, умыться, прополоскать рот и привычно протереть зубы жёсткой тряпицей, после чего закинуть в желудок сочный кусок мяса, как меня прервал подошёдший жрец из Те-Кемет.