— Не думаю, что сказанное вам понравится, но всё же… Очень давно ваш отец рассказал мне… кое о чём. Он взял с меня клятву, что я не расскажу об этом никому. И даже вам. Пока не придет время. И вот, оно пришло. Дело в том, что ваш отец искал… антимагов.
— Это всё чушь. — Прервав дворецкого, процедил мужчина. — Антимагов не существует. Это детская страшилка, которой пугали непослушных детей. А отец был просто слишком одержим несуществующей идеей. За неё он и погиб тогда… Зачем ты мне рассказываешь то, о чём мне уже известно.
— Господин, позвольте мне договорить. Мне кажется… да я даже уверен, но всё же не до конца, в том, что один антимаг точно существует. И даже больше — он находится в вашем доме…
— Знаешь… это не смешно.
— Господин, но я не шучу. И я могу доказать…
— Зачем?
— Простите?
— Зачем ты сейчас мне всё это говоришь?
— Я знаю вас с самого вашего рождения. Я видел, как вы росли. Недолго, но я знал вашего отца. И за всё это время, что я нахожусь в вашей семье, я понял одно: не важно, какой стороной магии ты обладаешь — светлой или тёмной — главное то, кем ты являешься на самом деле. Ведь тьма — не всегда плохо. И вы — живое тому подтверждение. Вы и ваш отец. Я никогда не видел, чтобы тёмные маги творили такие благородные по своей сути дела. Многие делают так называемое «добро» лишь для своей выгоды. Никто не пойдет во вред своим принципам и устоям. Но вы и ваш отец… Вы не такие, как все остальные. Вы — другие… Порой мне кажется, что вы приняли не ту сторону. И ваш отец…
— Хватит! — Прервал Даркхнелл, поспешно поднимаясь с кресла и грозовой тучей нависая над Теодригом. — Ты ничего не знаешь о моём отце. — Прошипел прямо в лицо дворецкому. — Мне было десять, когда он погиб, но уже тогда я знал, что он не в себе. Одержим непонятной никому идеей. Он пытался доказать, что антимаги существуют. Ну, доказал бы. А дальше что? Антимаги — это смерть для нас. Думаешь, отец искал их для чего? Для того, чтобы просто доказать, что он не сумасшедший? Нет. Я нашел его записи. И знаешь, что там было? План переворота. А теперь, скажи мне, Теодриг, ты всё еще считаешь нас хорошими? Всё еще веришь в то, что тьма — это не так уж плохо?
Несколько секунд дворецкий молчал. А потом тихо выдохнул:
— Я верю в вас.
Морано сокрушенно покачал головой.
Отступив от Теодрига, он щелчком пальцев наполнил свой пустой бокал и, взяв его, снова выпил всё содержимое в один глоток. Затем опустился в кресло и двумя пальцами схватился за переносицу.
— Хорошо, что ты хочешь от меня услышать? — уже спокойнее произнёс он. — Что я рад твоему самовольному поступку: притащить в мой дом неизвестно кого, кто может меня убить?
— Нет, господин. Я просто прошу, чтобы вы посмотрели сами. И убедились, что я не вру вам.
— И я еще раз спрашиваю, почему ты мне это рассказываешь?
— Милорд, если она на самом деле антимаг, то её попадание «не в те руки» может обернуться неприятными и даже страшными последствиями для всех нас.
— «Она»?
— Да, мой господин, это девушка. Еще совсем молодая…
— Тьма! Теодриг, ты действительно хочешь моей смерти? — не выдержав, рыкнул мужчина.
Кажется, что сейчас он готов был выпустить эту самую Тьму на волю — в комнате заметно похолодало, а свет, что давал огонь в камине — потускнел. Из углов поползли тени. Они были чернее самой ночи. Скользя по полу, переплетаясь между собой, словно множетво нитей, они тянулись к мужчине, что сидел в кресле и тяжело дышал, пытаясь успокоиться. Собираясь у самых его ног, они тянулись выше и медленно растворялись в своём хозяине. Морано прикрыл глаза и сосредоточился.
Вдох. Выдох. Несколько мгновений — и всё становится, как прежде: тени исчезают, а комната наполняется светом и теплом от камина.
— Ладно, — успокоившись, выдохнул Даркхнелл, — где… она?
— В крыле рабочего персонала, — тут же отозвался дворецкий, до этого, напряженно наблюдая за своим господином. — Позвольте, я вас провожу.
— Идём. — Мужчина поднялся и хмуро посмотрел на своего слугу. — Но запомни: я так просто твоё самовольство не оставлю.
— Да, господин, я это понимаю. — На лице Теодрига не дрогнул ни один мускул. — И готов понести наказание.
Морано несколько мгновений изучающе смотрел на дворецкого, а потом просто махнул рукой. Нет, Теодриг всё равно будет наказан за то, что привел в дом без разрешения, возможно, опасного «гостя». Но всё же старик прав: он не такой, как все. И это ужасно его злило.