Но как оказалось, Мелания заходила. И даже оставила мне поднос с едой. Ещё раз поразившись тому, как не заметила всего этого, я наскоро перекусила и решила лечь спать.
Завтра меня ждёт трудный день.
Весь следующий день я с самого утра не находила себе места. Нервы были натянуты до предела и каждая минута, каждая секунда лишь усугубляли ситуацию.
Работу мне пока так никакую и не дали. И кроме Мелании, которая вновь принесла мне еду в комнату, ко мне больше никто не заглядывал. Сама же девушка была немногословна: на мои вопросы отвечала уклончиво или вовсе молчала. Теодриг так и не появился, что очень беспокоило меня. А Морано не спешил проводить ритуал.
Я чувствовала себя, словно дикий зверь, загнанный в клетку. Аппетита не было. Как и настроения. Стены давили, лишая возможности вырваться из этого плена. А в голове от всевозможных мыслей, домыслов и предположений было тесно. Что ждало меня на ритуале? Выживу ли я? Какие будут условия клятвы? А может, лучше сбежать?
Всё это я перебирала в голове и не раз, устроившись на кровати, меряя комнату шагами, считая количество трещин в полу и перекладывая с места на место униформу. От безделья и нервного ожидания, я медленно, но верно, сходила с ума. Незнание того, что будет дальше, убивало.
Когда уже напряжение достигло своего апогея и я, вместо того, чтобы лезть на стенку или выть в голос, решилась выйти из злосчастной комнаты и найти кого-нибудь живого, появилась Мелания.
Заметив моё состояние, она немного потопталась на месте, а потом выдала:
— Прости, но господин сегодня слишком занят, чтобы проводить ритуал.
От этих слов я споткнулась на ровном месте. Настроение упало окончательно.
— И что же мне делать? — Обреченно спросила я. — Работать не дают, никуда не выпускают. Держат взаперти, словно пленницу!
— Никто тебя не держит взаперти! — Тут же поспешила разубедить меня Мелания. — Ты можешь спокойно перемещаться по крылу рабочего персонала. Хочешь, я тебе устрою экскурсию? Познакомлю с остальными?
— Спасибо, — искренне поблагодарила я, ухватившись за шанс выбраться из этих четырех стен. — Я с радостью!
— Вот и отлично! — Мелания тоже обрадовалась моему решению. — Откуда начнём?
— Ну, прачечную я уже видела… — Нехотя протянула я, вспоминая, что именно в этой самой прачечной произошло.
— Тогда давай с кухни! Заодно и перекусишь. А то смотрю, совсем ничего не ела. — Она многозначительно покосилась в сторону нетронутой еды.
Я лишь виновато пожала плечами. Что поделать, если аппетита не было.
— Пошли, — махнула Мелания рукой, выходя в коридор.
Я тут же последовала за ней. Мы прошли несколько шагов по небольшому коридору и оказались на кухне, где во всю кипела работа. На большой плите, занимающей полкухни что-то скворчало, в большом чане, покрытым крышкой, что-то булькало, кипело. Под потолком стелился белесый пар и пахло очень вкусно. Сама хозяйка данной обители порхала от плиты к столу, где без ее участия шинковались овощи, и обратно, напевая себе под нос замысловатую мелодию. Нас она не замечала до тех пор, пока ее не окликнула Мелания.
— Мирта!
Я даже не успела ничего толком понять и осознать, когда в нашу сторону метнулся нож, до этого нарезавший капусту. Охнув, Мелания пригнулась, а кухонный прибор с характерным звуком воткнулся в то место, где недавно была голова девушки. Я же от шока, охватившего меня, не могла даже пошевелиться. Лишь во все глаза смотрела на тучную женщину средних лет в белом фартуке, обтягивающем ее крупные формы и с выглядывающими из-под чепчика темным кудряшками.
— Мелания, Тьма тебя подери! Сколько раз я говорила, чтобы ты не подкрадывалась ко мне незаметно! — Мирта упёрла руки в бока и бросила грозный взгляд в сторону служанки. — Хочешь без уха остаться?
— Прости, я забыла! — раздался виноватый голос Мелании. — Я тут просто привела новенькую…
Теперь взгляд поварихи обратился ко мне. Захотелось сразу сделаться совсем маленькой и незаметной или вообще невидимой. Нервно сглотнула и попыталась выдавить из себя приветствие. Но от страха даже язык отказался шевелиться.
— Она хотя бы говорить умеет? — усмехнулась Мирта.
Я уже собралась с силами, чтобы ей ответить, но внезапно краем глаза заметила смазанное движение, и через секунду нож находился в руках у поварихи. Желание разговаривать сразу же пропало, так же, как и желание находиться рядом с этой женщиной. Если она так легко разбрасывается ножами, то что будет, если её разозлить?