Нервно сглотнула и остановилась на границе света, рядом с первым пылающим символом, боясь ступить дальше.
Неясная фигура, сотканная из тьмы, рассеялась прямо передо мной и впиталась в символы, что полыхнули ещё ярче. На секунду зажмурилась, борясь с желанием сбежать отсюда.
Морано, до этого молча взирающий на меня, подал голос.
— Подойди. — Прозвучало не как просьба, а как приказ.
И вновь пришлось подчиниться. Глубоко вздохнула, словно перед погружением в воду и сделала несколько неуверенных шагов. От каждого моего шага, символы под ногами меняли свой цвет от золотистого до ярко-красного. Было жутко. Страх липкими щупальцами забирался под одежду, сжимая горло и грудь, стараясь проникнуть глубже, в самое сердце, но я упорно продолжала идти вперёд, зная, что назад уже пути нет. Внутри что-то слабо противилось моим действиям, страх так же тормозил, сковывал мои движения, но Тьма подталкивала вперед, прямо в объятья к своему посланнику. А он продолжал молчать, внимательно следя за каждым моим шагом, не выказывая никакого нетерпения, словно давая мне освоиться, привыкнуть. Осознать.
Как же мне хотелось развернуться и убежать отсюда как можно дальше. Хотелось закричать, что я не буду отдавать свою жизнь во власть тёмного, не буду приносить клятву верности! Но я продолжала делать механическое движение ногами, которые вели меня вперед — к своей… судьбе? Погибели?
Наконец, я остановилась. Казалось, что мой путь занял несколько долгих часов, но всё произошло в считанные минуты. И вот я уже стою рядом с лордом, с посланником Тьмы. А она сама разрастается вокруг нас, замыкая в круг, отгораживая от света свечей, но не пересекая круг из символов на полу.
— Протяни свою руку. — Не понимаю откуда доносится голос. То ли Морано произнёс эти слова, то ли сама Тьма.
— Вы же обещали… — едва слышно шепчу онемевшими губами.
В глазах тёмного вспыхивают красные отблески символов, а затем их затягивая чернота. От страха я пячусь назад, но натыкаюсь на стену. Стену из самой Тьмы. Она холодная и пугающая. Но и Морано сейчас слишком пугает меня, чтобы даже стоять рядом.
— Никакой крови, — не своим голосом произнёс маг. Словно через него со мной разговаривала сама Тьма. — Только твоё согласие.
— К-какое? — умом я понимала, что не нужно спорить с высшими тёмными силами, но давать согласие я опасалась.
— Изначальная Тьма была всегда, — вещал Морано, даже не открывая рта. Его чёрные глаза смотрели в никуда, а сам он был предельно собран и стоял неестественно прямо. Было ясно, что сейчас это был не он. — Она была раньше Света, раньше богов, раньше самой магии. С созданием Света, появились боги, которые решили, что нужно внести спокойное и размеренное существование что-то новое, что-то могущественное. Так появилась магия, дарованная богами. Но никто из богов не задумывался о том, что может случиться, если наделить живые существа такой силой, как магия. Им было просто интересно наблюдать за всем этим. Но во всём должно быть равновесие, должен быть баланс. И для поддержания баланса нужен был противовес. Им стала антимагия, созданная Изначальной Тьмой. Созданная мной. Но богам Света это не понравилось. Мои создания были обречены. Они были уничтожены. И лишь некоторые сумели спастись…
— Но зачем… вы… мне это рассказываете? — не удержалась я от вопроса, когда тёмный на некоторое время замолчал.
— Тьма не прощает тех, кто предал её. — Вновь заговорил Морано. И выглядело это очень пугающе. — Тьма создала ещё одних своих детей, вселив в них часть себя, чтобы убить их было невозможно. И назвала их Посланниками. Но увы, многие не вынесли в себе часть меня. Они сходили с ума от силы или же просто сгорали изнутри. Я многих потеряла. Пока не поняла, что нужно. Два моих создания. Магия и антимагия. Вот он — противовес богам Света.
— Я… не понимаю…
— Даркхнелл, — это имя уже было произнесено не самим тёмным, а фигурой, вновь сотворённой из Тьмы. Размазанным движением она провела по застывшему лицу мужчины, будто любовно погладила его по щеке. — Моё лучшее творение. Самый сильный из всех, когда-либо выбранных мною. Но и он не выдерживает. — Мне почудилось или это было произнесено с грустью и сожалением? — Я не могу его потерять. Он слишком дорог мне. Именно поэтому мне нужна ты.