— Змееуст, — не хуже этого самого змееуста, прошипел Морано, делая шаг вперед. Я бы на его месте отступила назад. Мне и сейчас захотелось отойти подальше от этого существа, который не отрываясь гипнотизировал взглядом тёмного.
— Идите, — не оборачиваясь, прошипел змееуст, — у меня ссс ним сссвои сссчёты. Так ведь, иссскатель?
Но мужчина на это ничего не ответил, а в змееуста полетело сразу три боевых заклятья. И все их, — но только по очереди, — я совсем недавно испытывала на себе. А тут сразу, в одно мгновенье: столп огня в центре воздушного вихря, и закручивающиеся вокруг него по спирали молнии. Всё это вместе представляло собой завораживающее и смертельное зрелище. И сейчас это неслось на нас.
— Пошли! — Крикнул Джаэр, стараясь перекричать гул магических заклятий, посланных Морано.
Но я не могла даже с места двинуться. Мой взгляд был прикован с существу в сером балахоне, которое встретило смертельную атаку в лоб, резким разворотом и взмахом хвоста, разрезая огненный столп пополам, отчего во все стороны разлетелись тысячи искр. Теперь змееуст зашипел уже по-настоящему, хватаясь за пострадавший хвост и дуя на него.
— Нусссс, поиграем, поссссланник? — ядовито выплюнул он эти слова, откидывая пострадавшую конечность, с которой в прямом смысле слова слезала кожа! А затем змей и правда плюнул!
Тёмный успел увернуться от ядовитого плевка, который попав на камень за спиной мужчины, зашипел и вспенился, оставляя после себя дыру.
Но змееуст на этом не собирался останавливаться. Он бросился следом на Морано, сбив его с ног своим хвостом! Только напасть не успел — был отброшен назад. Балахон растрепался, открывая моему взгляду полумужчину-полузмея. У этого существа были человеческие руки и ноги, но это всё, что делало его похожим на человека. Все тело было как у змеи — гладкое, скользкое и чешуйчатое и завершалось оно тем самым змеиным хвостом, который сейчас взметнулся вверх для очередного удара…
От этого зрелища мне стало плохо. Поэтому я не сразу сообразила, почему стены вокруг меня расплываются. Думала, падаю в обморок. Оказалось, Джаэр дотащил меня до какого-то портала, отливающего ярко красным, и затолкал в эту кровавую дымку. Мир вокруг окрасился в цвет портала и сузился, схлопываясь как магическая ловушка. Меня потянуло куда-то в сторону, при этом кидая влево-вправо, как тряпичную куклу. Дыхания стало не хватать, а внутренности протестовали против такого жесткого перемещения. Но не только перемещение было жестким — посадка тоже оказалась не из мягких.
Я упала на поваленное дерево, больно ударившись об него животом и выбивая из легких оставшийся воздух. Боль набатом отдалась во всём теле, искрами осыпалась в глазах. Слезы хлынули по щекам.
— Рьянка ты как? — услышала вдалеке голос торговца. Хотелось ответить, сказать, что плохо, но не смогла произнести ни слова. Меня сковала агония, растекаясь по телу невыносимыми муками. Я пошевелиться не могла, чтобы не испытывать таких мучений. Даже дышать было больно.
— Посмотри на меня… — всё дальше и дальше слышался голос Джаэра, который пытался до меня докричаться. Он так же хотел мне помочь подняться, но стоило ему дотронуться до меня, как крик прожег горло, вырываясь наружу и пугая не только меня, но и бывалого боевого мага.
А я не знала, что со мной. Почему мне было так невыносимо, так мучительно больно? В голове крутились обрывки фраз, которые терялись в море боли.
«Изначальное к изначальному…»
«душа к душе…»
«сегодня ты перед высшими изначальными силами даёшь клятву самой Тьме…»
«придёшь ему на помощь в трудную минуту…»
«не оставишь его, когда он будет нуждаться в тебе…»
«Клянусь…»
«Клятва принята».
Ответ пришел незамедлительно, яркой вспышкой пронзив затуманенное болью сознание: клятва! Меня так ломает из-за этой клятвы!?
Всё дальнейшее воспринималось через призму боли и бреда. Я не ощущала ничего, кроме адской всепоглощающей агонии, которая медленно уничтожала меня изнутри. Я не спала и не бодрствовала, не умерла, но и не жила. Лишь страдания и невыносимые муки оставались моими постоянными спутниками.
Не знаю, сколько прошло времени — час или день, а может месяц, — прежде чем я впервые почувствовала что-то кроме боли. Это был какой-то травяной отвар, живительной влагой, стекающий по горящему огнём горлу и приносящий долгожданное облегчение.