– Мужики, чего стряслось? Меня вызвали чуть ли не по боевой тревоге предпоследнего уровня.
– И похмелиться не дали? – остро переживая недавнюю процедуру, поинтересовался Декстер.
– Дали, – гордо сообщил Фил. Он в последнее время настолько активно экспериментировал со вновь обретенной способностью (тестовая программа «Кулинарной Ойкумены» нашла неожиданное применение) воспринимать алкоголь, да и любые другие вкусы, что даже Лиза потихоньку начала жаловаться Селене и Элечке, прося их воздействовать на Фила через Степу и Шойса. Ну, а похмелье, естественно, являлось непременным атрибутом употребления алкоголя, поэтому этой особенности Фил уделял отдельное внимание. Похоже, даже разработал отдельную программу для него. Хотя, убейте, Степа никак себе не мог вообразить, что из себя должно представлять похмелье электронной личности.
– Сами не знаем, что случилось, – честно сообщил Степа. – Нас так же выдернули, ничего не сказав. А мы вообще-то в отпуске.
– Шефу только не ляпни, – через плечо посоветовал Пеннек. – У него сейчас чего-то совсем настроение не для шуток.
– А что, было когда-то другое? – саркастически поинтересовался Донкат, но, наткнувшись на предупреждающий взгляд, сдал назад. – Ладно, ладно. Я понял.
– Пошли, – поторопил Пенёк. – Там все расскажут.
Пришлось поторопиться.
Кабинет командира за время, прошедшее с того времени, как Степа был здесь в последний раз, не изменился ничуть. Та же массивная мебель и тот же хозяин.
Донкат улыбнулся про себя. Сергей Петрович тоже практически не изменился со времени их последней встречи. Тот же немногословный космоштурм в немалых чинах. Не чурающийся самостоятельных сбросов на поверхность, способный лично руководить боевой операцией, но по долгу службы вынужденный все больше и больше времени уделять кабинетной работе. Что, впрочем, нисколько не отразилось на его внешнем виде. Соловей оставался неизменно подтянут, собран и готов к любым неожиданностям. Хоть сейчас в штурм-бот, и – в бой. А лысый, без единого волоса, череп и толстая, ухоженная черная коса на затылке, предохраняющая голову от удара специфическим выступом шлема убээса при сбросах, лишь подчеркивали его принадлежность к касте, которую он и не думал прятать.
Хотя, нет. Отличия были. Донкат осмотрелся и понял: сейчас тут не было атмосферы ироничной легкости и уверенности, которая неизменно сопровождала полковника Птаха, или Сергея Петрович Соловья, как его предпочитал называть Степа. Хотелось надеяться, что просто не было на нее времени.
– Ну наконец-то, – Соловей поднял голову. – Вы что, с другого конца галактики летели?
Донкат поднял бровь, глядя на Пеннека. Видеть шефа техдепартамента ФАФ в таком настроении ему еще не доводилось. Даже когда вокруг все горело и взрывалось, а в выпотрошенном крейсере заканчивались последние запасы воздуха, Соловей иронизировал и подтрунивал над приятелями, как будто ничего не случалось. А тут на тебе… Пенёк молча поджал губы, чуть пожал плечами и показал глазами на шефа: мол, смотри, сейчас все расскажут.
– Пантомимы будете устраивать в другом месте, – от Соловья не укрылись эти переглядки. – Сейчас дело.
Он указал на ряд кресел, выстроившихся вдоль длинного стола, занимавшего половину кабинета, и включил экран видеотранслятора, на котором немедленно появился рыцарь в сверкающих доспехах: Фил тоже проникся всеобщей деловитостью и исполнительностью.
Когда все расселись, Соловей подошел к столу, оглядел собравшихся, … и взял длинную паузу, в течение которой Степа остро прочувствовал, насколько ему не хватало прежнего Соловья. Э-э-э, господа, да что происходит-то, в конце-то концов? Мир начал потихоньку меняться? Это звезды и планеты могут поменять свои траектории и орбиты, а Соловей не может быть злым не по делу.
– Что, перепугались? – вдруг улыбнулся Соловей своей привычной усмешкой, и Степа прямо физически почувствовал, как созвездия начинают возвращаться на свои тысячелетиями поддерживаемые координаты. Соловей еще раз оглядел сидящих за столом. Сам уселся во главе и чуть устало покачал головой.
– Ладно, давайте, рассказывайте, что вы там опять натворили? «Харон» опять по вашей милости уже полгалактики отмахал.
Глава 24
– То есть мне сейчас будут предъявлены обвинения в организации всех этих беспорядков в планетарном масштабе?