– Хорошо, – раздраженно ответил мужчина. – Потом поговорим. Сейчас на первом месте здоровье пациента.
– Спасибо. – В голосе Константина чувствовалось легкое облегчение.
– Позвони во второй блок, скажи, чтобы готовили процедурную и аппарат МРТ. У нас пациент. – Обратился отец Константина к администратору.
– Будет сделано. – Тут же ответила она и принялась снова кому-то звонить.
Ко мне подошли пару медсестер и аккуратно уложили на каталку, после чего погрузили в большой лифт. Они старались не смотреть на меня. И судя по их возмущенным лицам, были совсем не рады моему присутствию. Двери лифта захлопнулись, после чего одна из медсестер нажала на кнопку второго этажа, и мы начали подниматься. Константин с отцом остались внизу.
Первым делом меня доставили в процедурный кабинет. Вторая медсестра дала мне заполнить небольшую анкету. Вопросы касались хронических или наследственных заболеваний, а также наличия металлических конструкций в теле. После заполнения анкеты, меня попросили снять с себя все металлические предметы и переодеться в хлопковую медицинскую пижаму. Выполнив все указания медсестёр, я снова легла на каталку и меня уже повезли в кабинет лучевой диагностики, после чего уложили в аппарат и попросили не шевелиться.
Когда всё закончилось, меня доставили в небольшую палату на троих с искусственным белым светом. Палата оказалась полностью пуста. Все кровати были аккуратно расставлены, каждая со своей ширмой для уединения. Пока я ждала результатов обследования, медсестра взяла у меня образец крови из вены, после чего приступила к обработке моих ран на руках и колене. Она была не особо приветлива и даже груба. Её лицо выражало явное отвращение, направленное в мою сторону, и она этого ничуть не скрывала.
Из коридора послышались мужские голоса. Один из них принадлежал Константину. Мужчины находились прямо за дверью моей палаты и явно разговорили на повышенных тонам. Я не хотела подслушивать, но они говорили так громко, что даже глухой смог бы понять о чём идёт речь.
– Ты хоть понимаешь что только что сделал? – Голос отца Константина выражал возмущение. – Это против правил!
– Я всё прекрасно понимаю, но я же не мог её оставить на дороге в таком состоянии! Или ты хотел, чтобы я прошёл мимо?
– Мы и так вернулись сюда с большим трудом. – Отец Константина продолжал говорить с тем же напором. – Ты сам знаешь чего нам всем это стоило. А сейчас приведя её в эту больницу ты подвергаешь нас всех большой опасности.
– Я знаю на что тебе пришлось пойти и как ты дорожишь возможностью быть здесь. Но сейчас я прошу тебя всего лишь помочь ей. Как только я пойму, что с ней всё хорошо, я тут же увезу её отсюда и никто об этом не узнает.
– Уж надеюсь. – Голос отца Константина немного смягчился. – Мне нужно посмотреть результаты анализов, чтобы дать заключение. А пока приглядывай за ней.
После этих слов всё стихло. Мне даже показалось, что за дверью уже никого нет. Медсестра, которая обрабатывала мне раны, также как я, внимательно вслушивалась в разговор мужчин.
Вскоре дверь палаты распахнулась и вошёл Константин. Он выглядел встревоженно.
– Спасибо Марго. – Обратился он к медсестре. – Дальше я сам.
Марго брезгливо швырнула, оставленные после меня, грязные бинты в мусорное ведро и демонстративно вышла из помещения.
– Мне здесь не рады. Я хочу уйти. – Честно призналась я.
– Просто не обращай ни на кого внимание. Они злятся на меня. Ты тут ни причём. – Голос Константина звучал отстраненно. – Нам нужно убедиться, что с тобой всё в порядке. После я отвезу тебя домой.
Он подошёл к медицинскому столику и, взяв кусочек ваты, пластырь и небольшую бутылочку с прозрачным антисептиком, присел на корточки рядом со мной. Он внимательно осмотрел рану на моём колене. После чего промокнул вату жидкостью и приложил её к месту ушиба. Я вздрогнула, кожу начало щипать.
– Ау! – Вырвалось у меня.
– Рана не глубокая, скоро заживёт. – Сделал он вывод.
– Наверное, шрам останется. – Выдохнув ответила я.
– Это не самое страшное, что может случиться.
Константин убрал кусочек ваты и, разорвав упаковку с пластырем, аккуратно наклеил мне его на колено.