- Продолжай быть. Продолжай существовать. Ты не умрешь, пока верно служишь мне, - он протянул ко мне свою руку, и я впервые ощутила тошнотворное, ледяное понимание - никто не спасет меня, никто не придет на помощь. Есть только я и Хермеус Мора. Всегда. Потом мир Апокрифа развеялся передо мной.
Мне было очень плохо. Тело не слушалось и тяжелым пластом лежало на какой-то мягкой поверхности. Гулко и быстро стучали барабаны. Словно в убежище произошло вторжение маньяков с этими инструментами. Нестройная аритмия звуков раздражала, в ней не было смысла.
Воняло смертью, острыми травами. Я не сразу смогла раскрыть воспаленные веки, а когда у меня получилось - немедленно зажмурилась, чтобы не ослепнуть. Теплая, нежная ладонь легла на мой лоб. Это было какое-то особенное прикосновение - по-матерински ласковое.
“У меня всё еще бред”, - констатировала себе я.
“Что-то случилось с Элионом?”
- Где он? - язык едва слушался. Рот пересох и напоминал наждачку. - Он жив? Перестаньте молчать…
- Шей, вы узнаете меня? - оказывается, это была рука Винсента и его голос.
- Да, - ответила я, но моих способностей не хватило на удивленную интонацию.
- Как это получилось? - теперь я слышала Элиона. - Она выживет?
- Я никогда не встречал подобного. Этого просто не должно было произойти. Но по всем анализам… случилось невозможное. Мне сложно даже классифицировать ее состояние с научной и медицинской, метафизической точки зрения, - в голосе Винсента звучал интерес.
- Она валяется уже второй день, не поднимаясь, - промолвил Элион. - Даже я пришел в себя.
- Твою же мать, - простонала я. - Тут кто-нибудь способен четко и внятно объяснить, какого черта происходит?
- Погасите свечу, Элион, - велел Винсент.
В воздухе раздался резкий запах жженого фитиля, я закашлялась.
- Можете открывать глаза, - добавил вампир.
- А по какому случаю у нас концерт барабанщиков в убежище? - раздраженно промолвила я. - Голова раскалывается…
Вокруг было светло, но я не могла найти источник этого голубоватого сияния. Передо мной было лицо Винсента. Он показался мне гораздо старше обычного в этом освещении.
- Ваш слух привыкнет к шумам, вы абстрагируетесь уже через сутки. И с запахами то же самое, - он прощупал мой пульс и склонился к глазам. - Возьмите это в руку.
Я вяло сжала в ладони что-то металлическое, круглое.
- Нет реакции на освященный металл. Потрясающе. Ваше последнее воспоминание?
- Я собиралась к поездке в Храм повелителя Облаков. Я была одна. Потом что-то стало душить изнутри. Я выбежала в коридор, там меня увидела Антуанетта.
- Хорошо, - перебил Винсент. - Первую встречу с Элионом помните?
- Конечно.
- Выполните базовое заклятие хамелеона, как умеете.
- Зачем? - удивилась я.
- Просто выполните.
Я повиновалась. Заклятие ветром протекло сквозь меня. Я не почувствовала затраченных усилий, оно вышло неожиданно легко, и я засомневалась:
- Ну, как?
- Прекрасно, - сдержанно промолвил Винсент и повернулся назад. - Удивительный феномен.
Передо мной появилось лицо Элиона, но я не сразу его узнала. И без того серые глаза почти побелели, и неподвижная маска черт напоминала что-то змеиное, вызывала ассоциацию с василиском, чей взор обращает тебя в камень. Но эта жуткая перемена во внешности странным образом гармонично вписывалась в облик. А еще меня поразил его запах.
- С каких пор ты пользуешься кофе в качестве парфюма? - слабо шевеля губами, промолвила я. - Боги, страшно пересохло в горле, я едва говорю…
- За этим я и здесь, - Винсент неожиданно взял меня за руки и сказал. - Между мной и Элионом был уговор до вашей с ним поездки. Он ручался, что вы пройдете экзамен. Я пообещал, что если всё выйдет гладко, то поделюсь с ним моим Даром. Мне известно, он очень желал этого. Насколько я понял связь между вами, произошедшее не должно было вас убить. Но случилось нечто иное. Вас никто не кусал, Шей, вы не инфицированы. И всё же ваш организм ведет себя так, словно заражен. Физически - это невозможно. Клыки у вас настоящие, жажда тоже и рефлексы, смотрю, как у Элиона, однако, наблюдаемое противоречит всему, что я знаю про вампиризм.
Я молчала, вслушиваясь в слова Винсента. Шок парализовал тело, и я не двигалась.
“То есть? В смысле - вампиризм? Это шутка?”
- Элион, какого черта ты не обсудил со мной подобный вопрос? - прошептала я, начиная сатанеть. - Думаешь - самый умный? - я стиснула челюсти, чтобы взять себя в руки и не выматериться. Ненавижу повышать голос на кого-либо.
Альтмер молчал, и мне совсем не нравилось это его молчание.
“Отлично, одной проблемой больше. Теперь ради выживания мне придется пить кровь…”.
- Я должна убивать, чтобы выжить, не так ли? - дрогнувшим голосом спросила я Винсента, закрыв лицо руками.
- Это миф, - с усмешкой пробормотал он. - Вы не умрете, если будете голодать. Напротив - станете сильнее. Просто внешность начнет меняться, ровно, как и ваш характер. Зачастую это происходит неприятно и неконтролируемо, никто из вампиров особенно не любит затягивать голод. С вами могут делиться кровью добровольно, но убивать не обязательно.
- Я сейчас обрадоваться должна? - резко перебила я. - У меня бьется сердце - это нормально? Или, может, я не вампир, и мое тело просто верит, что заражено?
- Вам кажется, что оно бьется. На самом деле, оно едва движется. Этого, впрочем, хватает, чтобы гнать по венам кровь. Чем темнее и гуще кровь на вид, тем длительнее у вас голодовка, - ответил Винсент неторопливо. - Элион научит вас ориентироваться в вашем новом состоянии.
Я посмотрела на альтмера с ненавистью. Вампир тактично вышел, а я прошипела:
- Ты знал. Ты знал заранее, как это на меня подействует, не так ли?
Элион молчал.
- Ты понимаешь, что теперь я не смогу вступить в Клинки, и большая часть социального мира Тамриэля усложнится. Я обречена на одиночество, отшельничество. И, скорее всего, не вернусь в свой мир. Я умру, потому что в моем мире вампиров нет, - я медленно приподнялась, задыхаясь от ярости, а Элион невозмутимо смотрел мне в глаза.
- А еще, вероятнее всего, Неар не сможет перенести меня в Вварденфел. Там очень жестокое отношение к вампирам. Их не изучают, а убивают на месте.
Элион пожал плечами:
- Чему ты удивляешься, Шей? Не будь такой наивной. Я не намерен тебя отпускать, и сказал это сразу.
- Я тебя ненавижу…
- Неправда.
- Ты перешел черту, Элион, - покачала головой я.
- Нет, я действовал согласно необходимости. Не знаю, что там за дверь в Нибенейской бухте, но, в любом случае, понянчившись со мной, ты бы меня оставила. Предложение Неара - слишком блестящее, чтобы им не воспользоваться.
- Ты мог бы просто поговорить со мной, ясно?
- Ты бы не осталась по своей воле. Кто я, по-твоему? Благородный рыцарь? Уж точно нет. Я - твоя ноша, проклятие, и ты избавишься от меня, едва представится возможность. Мне не выгодна такая позиция, Шей.
- Я начала понимать тебя, уважать, я была готова считаться с твоим мнением, я видела в тебе искорку света, за которую цеплялась, но ты всё уничтожил…
- Ты простишь, если я не стану рыдать от отчаяния? - флегматично приподнял бровь Элион.
- Убирайся, - прошептала я, закрыв глаза.
Альтмер, молча, стоял на месте.
- Прочь отсюда!
Пожав плечами, он спокойно вышел. Я, задыхаясь, опустилась обратно, на подушку. Минут пять ярость рвала на клочки мою душу. Я пыталась найти выход. Лекарство от вампиризма беспомощно, потому что мое заболевание связано с Элионом. Выходит, исцелить следует именно его. И исцелить навсегда. Но для этого нужно пойти на обман, воспользоваться тем, что он верит мне и всему, что я говорю.
“Я не способна предать доверие. Даже доверие такого существа, как Элион”.
Можно было бы обманом уговорить его на аудиенцию с графом Скинграда, отправить на поиски лекарства от вампиризма, а потом сделать вторую порцию и заставить его выпить хитростью.