- Его никто не видел с тех пор, как он вошел в западное подземное крыло. Сам я находился внутри всё время и не знаю, что происходило. Торопитесь, его величество готовится к поездке в столицу.
Он подталкивал меня к входу, как мне показалось, слишком уж настойчиво. Здесь было довольно шумно. Весь двор представлял собой развалины, в центре которых виднелся черный, глубокий кратер. Внутрь холла Храма меня впустили с тем же напутствием - что Мартин ждет свою советницу.
Там присутствовало много Клинков - похоже, почти все, кому посчастливилось остаться в живых. Обстановка была и впрямь немного суматошной, словно кто-то готовится к отъезду. У огромного камина в окружении охраны и опираясь на трость, стоял Мартин. Его голову, к моему облегчению, украшал золотой венец. Подле в кресле сидел Джоффри. Он первый меня и увидел. Затем в мою сторону перевел взор император - Мартин Септим.
Я должна была обрадоваться и действительно испытала легкое облегчение, но вместе с тем и странное, тоскливое жжение в груди, сердце забилось сильнее.
- Ваше величество, - я почтительно склонила голову больше по рассеянности и привычке, нежели по желанию, - рада видеть вас в добром здравии. Где Элион?
Мартин улыбнулся мне, но, услышав вопрос, печально и серьезно на меня посмотрел.
- Говорите, - звенящим тоном потребовала я.
- Леди, при всём уважении, как вы смеете так обращаться к вашему императору? - вскинулся, по всей видимости, командир охраны.
- Она взволнована, только и всего. Подобные вещи нам всем сейчас простительны. Что касается Элиона… не знаю, - пробормотал Мартин. - Известно только, что он вышел на схватку с Дагоном. Благородный безумец. Один из Клинков доложил, что он превратился в мою копию. Потом - как Элион падал с неба. Но его тела никто не нашел. Разве что… - он со вздохом протянул мне тяжелый перстень. - Похоже, он выронил его во дворе. Сильный магический фон этого артефакта привлек внимание одного из командиров, и так он оказался у меня. Он ваш, верно?
Я медленно взяла в руки перстень Элиона.
- Куда он мог исчезнуть? - пролепетала я, стараясь держать себя в руках. - Где именно он упал?
- Гораздо важнее тот факт, что нам поведали Седобородый. А до сего момента - агенты Клинков. Но дела подождут. Скоро будет панихида по павшим, я должен там присутствовать. Есть сейчас лишь один вопрос, который я обязан бы вам задать.
Я, молча, слушала его, хотя мне не терпелось сорваться с места, чтобы отправиться на поиски Элиона. Тенегрив привез меня сюда, значит, он здесь?
- Шей, оставайтесь моей советницей.
- Это очень сложный вопрос, сударь, - негромко и быстро промолвила я. - Я бы хотела над ним подумать.
- Зачем? - удивился Мартин. - Вы уже показали свою верность, дружбу, мудрость и храбрость. Если вам требуется какое-то условие, говорите - я выполню его.
Странно - его слова ничего во мне не вызвали. Ни удивления, ни польщенности, ни трепета. Я знала, что не смогу долго скрывать от Мартина свой вампиризм, мне придется охотиться и выживать, хочу я или нет. Но даже это сейчас меня не волновало. Мир спасен, а я испытывала лишь гложущее одиночество.
- Простите, - промолвила я, - позвольте мне отлучиться ненадолго…
Я сделала два шага назад, а затем развернулась и торопливо вышла обратно во двор, оставив императора в полном недоумении.
Элион должен был явиться за мной. Я слишком хорошо его знаю. Если кольцо у Мартина, значит, в Шпиль он не телепортировался. Он не снял бы перстень без причины. И он не оставил бы меня одну. Вывод на ум приходил неутешительный и страшный, но я отказывалась верить.
Никого в Храме не волновала судьба Элиона. Все радовались победе над Дагоном и коронации императора. У кого бы из Клинков я не вытрясывала информацию, все, похоже, удивлялись, почему меня интересуют такие глупости. Они реагировали на исчезновение своего спасителя с равнодушием, которое вызывало у меня ярость. И вскоре я узнала причину подобного поведения.
Мартин нашел меня у конюшен. Его величество был печален и выглядел уставшим.
- Шей, нам нужно поговорить.
Я обернулась на него с надеждой.
- Это касается вашего друга. Если, конечно, он друг вам.
- Не понимаю. С чего бы нам быть врагами?
Мартин улыбнулся:
- Нет, не врагами, это верно. Пройдемте за мной.
Он привел меня в библиотеку, которая сделалась его кабинетом за время нахождения здесь.
- Лгать или утаивать от вас информацию не стану. Скорее всего, Элион погиб. Я был на пепелище, я пытался найти его, потому что хотел поговорить. То, что я смог прочитать в пространстве, свидетельствует о магическом всплеске невероятной, нечеловеческой силы. Если Элион был поблизости в ту секунду, от него и пепла могло не остаться. Я говорю, будучи сам волшебник, Шей.
- Если так, то это к лучшему для всех нас, - глубокий, низкий голос заставил меня обернуться, и я увидела высокого, широкого в плечах старца. Его голубые глаза были пронзительно-светлы. Он посмотрел на меня с вниманием, заставившим поежиться, словно от холода, и сдвинул брови:
- Кто ты такая, дитя?
- Мое имя - Шей, - пробормотала я, пожав плечами.
Седобородый долго рассматривал меня. Не знаю, какие выводы он сделал, но не стал выдавать императору мой вампиризм. Вместо этого он глубоко вздохнул:
- Ваш друг проклят, бедная девушка. Ему наречено низвергнуть Тамриэль в беззаконие и ужас. Его смерть - благо. Он - тот, кто станет Серым Лисом. Он - тот, кто позволит восстать Умарилу Неоперенному. Армия высоких эльфов в золотых доспехах начнет уничтожать святилища богов. Его сможет победить лишь возрожденный Пелинал Вайтстрейк. Но до того - из-за Элиона прольются реки крови. И, словно ему мало, он убьет нынешнего архимага. Заручившись дружбой с Королем Червей, он захватит университет. Император Тамриэля будет вынужден повиноваться его воле. Если этот альтмер погиб, то таково повеление богов, и оно милосердно.
- Вы рисуете Элиона чудовищем, не зная его. Он зол, он закоренелый мизантроп, но у него тоже есть принципы, - сказала я спокойно. - А пока что я не понимаю, зачем меня позвали.
- Вам ведомо будущее, не так ли? Вам ведом приход сына Акатоша. Даже нам неизвестен точный временной промежуток, а вы знаете и видите то, что никому из смертных и бессмертных ведать не дано, - Седобородый посмотрел на меня с улыбкой. - Но срок вашей жизни не вечен. Вижу, однако, иная кровь в вас течет. И она не прокляла вас, не испортила вашу душу, вы сильнее. Это значит, вы сможете предупредить многое зло в будущем. Боги одарили вас доброй, мягкосердечной натурой. В вас светится любовь к этому миру, не смотря на то, кто вы по своей сути. Великий подвиг - быть собой, находясь в пучине тьмы. Оставайтесь подле императора, Шей. Здесь - ваше место.
- Мне казалось, я сама решу, где моё место, - не выдержала я и перевела взор на Мартина: - Прошу извинить, ваше величество. У меня есть действительно неотложное дело…
- Оставьте нас, - мягко сказал Мартин Седобородому. Старик еще раз посмотрел на меня, в глазах его читалась мудрая усмешка.
Когда он вышел, император пробормотал, садясь в кресло:
- Едва ли он лжет, Шей. Вы же сами понимаете.
Я почти ненавидела его за это, но понимала, что он прав. Я упрямо опустила взор:
- Будущее изменчиво.
- Возможно. Однако, я не могу довольствоваться подобными изречениями. На мне лежит ответственность за то, что у Элиона белая грамота. Понимаете, в каком я положении? Вы хотите найти его. Я тоже. Не убегайте от меня, мы можем попытаться отыскать вашего друга вместе.
- Есть идеи? - спросила я, пожимая плечами.
- Для начала скажите - он ваш друг или возлюбленный?
Я с недоумением и возмущением сдвинула брови:
- Простите, а какое это имеет значение?
- Вы сами не своя. Я вижу по вашим глазам - сейчас для вас нет ничего важнее его жизни. Кажется, спасение мира не вызвало и десятой части того волнения, какое вы испытываете по поводу исчезновения Элиона.
Я терпеливо вздохнула:
- Повторяю - какое это имеет значение?
- Если он окажется негодяем, сможете ли вы удержать его? Если вы его любите, то вы уязвимы.