- О чём ты? Какая дверь? И что за книга?
- Всё началось с нее, - сказал Макс. – Или с пренебрежения. Я не придал значения тому, как ты ею увлеклась. Ведь ты не шутила, когда спрашивала меня и некоторых знакомых… смогли бы они покинуть мир и уйти за тобой в коридор между мирами. Всё бросить. Друзей, старую жизнь, собственное тело, рискнуть всем и нырнуть в великое приключение. А ты спрашивала всерьез… Кажется, в той книге был сборник легенд на немецком. Всего лишь сказки. Ты любила символику, помнишь? И ты сказала, что символизм сказок напоминает египетские легенды, в которых каждый бог означает системный процесс, а взаимодействие с богами на суде – это практикум действий с этими процессами. Ты говорила – этот символизм более чистый. Как будто кто-то решил рассказать в форме сказок какую-то страшную тайну. Знаешь, ты всегда была немного странной. Вечно на чём-нибудь заморачивалась – всякие загадки, квесты, головоломки. Тебя интересовала древняя история, и через эту книгу ты хотела понять менталитет народа, который составлял легенду, отыскать время создания сказок. И однажды ты разбудила меня… У тебя были такие глаза, словно ты выиграла много денег, но еще не поверила в это, и вместо улыбки у тебя на лице было смятение, недоверчивое недоумение, вот-вот готовое перерасти в ликование. Ты крепко взяла меня за руку и спросила, сдерживая волнение, смогу ли я отказаться от всего и пойти исследовать другие миры, даже ничего о них не зная?
- И что ты ответил?
- Я сказал: может быть, да, но для этого нужно подготовиться. Ты перебила и покачала головой – подготовиться не выйдет, ты поменяешь тело при переходе в иной мир, но не потеряешь личность. Личность, сказала ты, это всё, что ты с собой возьмешь. И тогда я сказал, что, возможно, в таком переходе мне придется умереть. Слишком ненадежно, сказал я. Слишком сложно, ведь ты предупредила, что для перехода придется готовить свой разум.
- Ты отказался…
- В целом, да, - прошептал он. – Не явно, но ты именно так расценила мою осторожность. Однажды я проснулся рано утром, а на противоположной стороне у кровати нарисована зеленым маркером дверь. Ты оставила мне эту книгу с инструкцией о том, как можно найти тебя, если я захочу. Ты сказала, что твое путешествие стоит того, чтобы поставить на кон всё. Ты сказала, что, если выиграешь в эту игру, приобретешь настоящую жизнь. Ведь нет ничего более захватывающего, чем абсолютная свобода. И я решил последовать за тобой. Но в той книге, что ты мне оставила, не было сказок. Всего-лишь руководство для работы с раритетными книжными изданиями. Твоя инструкция без сказок не имела смысла. Я попытался действовать так, как ты описала, но… пока рисовал дверь, кое-что понял. Есть момент, место, пересечение событий, которое нужно подгадать точно правильно, чтобы открыть дверь. Ты не могла попрощаться, не знала, вероятно, сама, когда настанет момент. И когда он появился, ты использовала его. Настанет ли мой и, если да, то когда – вот, о чём я думал. Потом я понял, что сам должен его найти и подвести к нему события. Но к тому времени… я уже не хотел никуда исчезать из своего мира.
Я молчала, глядя на Макса.
- Не иди сейчас ко мне, Шей. Я – не Макс, а игра твоего разума, запертая часть памяти. Последнее, что ты помнила перед тем, как найти книгу – то, как ты ударилась о дерево. То, как ты плакала и какой паршивый был тот день. Я помню и кое-что еще, поэтому говорю – развернись. Одна или с Элионом – возвращайся обратно, на поверхность и беги со всех ног в Чейдинхол. Так ты избежишь катастрофы. Рассказать большее – вне моей власти. Я и без того нарушил правило.
- Какое правило?
Макс покачал головой:
- Беги, Шей.
***
Элион выглядел озадаченно. Я увидела лицо, склонившегося надо мной эльфа, когда проснулась. Всё-таки, облик вампира, хотя и шел ему, но пугал. Я дернулась в сторону, увидев белые глаза с точечными зрачками, затем запоздало выдохнула.
- Тебе тоже что-то снилось?
- Это странно. Мы не могли видеть сны, как другие люди, - я зевнула и потерла гудящую голову, пытаясь сбросить остатки сонной апатии. – Постой, ты тоже видел сон?
- Да. Очень хороший.
- Хороший?
- Ты провела меня по всему Авалону и показала, что такое генератор маны. Это самое красивое, что я когда-либо видел. После того, как я запустил его, город ожил. Проклятие с жителей снялось. Я видел человека по имени Хайкорт. Он говорил со мной. Сказал, что я – спасение Авалона, и с моей победой над Тиром айлейды получат второй шанс.
Я в замешательстве смотрела на эльфа, пытаясь подобрать слова.
- Хайкорт – это бывший подданный лорда Тира, - выговорила я. – Получается, ты знаешь теперь, как добраться до источника маны?
- Не знаю, это предстоит проверить.
- Элион, боюсь, нам нельзя продолжать путь.
Альтмер сурово сдвинул брови:
- Почему?
- Я видела сон. Про то, как я смогла перейти из одного мира в другой. Мне снился Макс, и он сказал…
Лицо эльфа перекосила ярость:
- Серьезно? Макс? Он сказал – не идти к генератору?
- Наверняка, у него есть причина так говорить.
- Шей, идти сюда было твоей затеей.
- Я знаю.
- Я буквально в паре дней пути от возрождения великой расы, а ты говоришь мне остановиться? Бросить этот город после всего, что я узнал о нём? – лицо эльфа снова напоминало детское. Он смотрел на меня с искренним недоумением и недоверием, точно не желая верить в предательство.
- Я не знаю, кто такой Макс, - сказал он категорично, - и знать не желаю. Я знаю, что мне явился дух, знающий Авалон не понаслышке, а реально, лично. Сейчас нужно достигнуть конца лестницы, затем по тонкому каменному мосту через большой водоем проникнуть в центральное крыло дворца и отыскать там ключ. У Хайкорта есть второй, и он отдаст его мне. Я знаю, как найти Тира и запустить генератор. Видишь, ты и сама понимаешь - мне приснилась правда. Кто-то очень не хочет, чтобы мы оживили Авалон, Шей. Может, это и есть козни Моры, который опасается, что ты станешь сильнее. Представь, что будет, когда ты сама соприкоснешься с генератором. Шей, твой рассудок еще очень податлив на магию иллюзии, а мой защищен. Какова вероятность того, что Макс говорил правду?
- Просто… у меня предчувствие…
- Всякий раз, когда я куда-то уходил или ты переживала, у тебя было «это предчувствие», и оно не сбывалось. Я жив, Шей. Всё будет хорошо. Просто не отходи от меня, пока я не скажу.
Я неуверенно покачала головой:
- Может, мне лучше тогда в Шпиле остаться, если ты и так знаешь, как запустить генератор?
- Воспользуйся кольцом при малейшей опасности, Шей, а пока мне бы хотелось, чтобы ты оставалась рядом.
Он был очень воодушевлен. Это воодушевление на короткое время сделало его почти добрым и даже изменило мимику обычно мрачного лица.
Мы открыли плиту, которая наименовалась Aldeman Anteriori. Элион сказал, что это просто имя отделения станции Налонвин. Следующая называлась Anteriori Mohani, и она же вдруг оказалась последней.
Мы достигли конца лестницы через восемь часов спуска. Не знаю, сколько это этажей и метров вниз. Тут было уже теплее, а если приложить ладонь к полу, я ощущала странный, вибрирующий гул, словно еще глубже под метрами камня течет бурный, горячий поток. Мы с Элионом так же заметили, что время тут идет быстрее само по себе, и даже наши с ним сердца бились с куда более частым ритмом. Это отчасти объясняло странную жизнестойкость здешних вампиров.
Едва мы спустились, я посмотрела вверх, и моя голова закружилась от подавляющих размеров лестницы, чей конец терялся в туманной тьме. Передо мной арочный проем в десять метров высотой. Широкий коридор не освещен. Пока мы шли, казалось, что вокруг нас понемногу сжимаются стены. Наконец, мы уперлись в дверь, руны на которой мной уже узнавались. Там торжественно высечено слово Abbalon. Руны отличались от тех, которые мы нашли на записке Растиери и точно были на айлейдском языке.
Дверь сама открылась перед нами.
Я уже видела это во снах. В глубоком покое по обеим сторонам каменного моста плескалась чистая, теплая вода. Высота сводов пещеры не позволяла, вообще, увидеть их, так что казалось, будто над головой вечно черное небо.