Он выпустил мою руку, чтобы воспользоваться упавшим оружием. Я нашарила арбалет и, не целясь, дрожа, выстрелила в эльфа. Но и он успел схватить клинок. Боль в предплечье была тугой и сопровождалась чувством онемения, я не сразу поняла, что не могу пошевелить пальцами.
Пока я отталкивала от себя босмера, он, теряя ориентацию от ран, успел задеть меня вторично. На сей раз - бедро. Повезло, потому что он целился в живот. Я не ограничилась одним выстрелом. Отползая, я сделала еще три. Я не была уверена в том, что он мертв, пока не полезла перезаряжать свою “бабочку” четвертым болтом.
Не успев испытать ни горя, ни отчаяния, я ощущала только потребность бороться за собственную жизнь. Вокруг было слишком много крови, и я осознавала близость панической истерики. Остаточный адреналин выплеснется через нее, я расходую драгоценные силы. Но, хвала небесам, в ту секунду я почему-то выключилась. Вообще-то я страстно захотела выйти в состояние Синего Пламени. Там-то я быстренько вспомнила бы, какую кодовую команду ввести. Возможно, мой рассудок не выдержал нервного напряжения, и именно поэтому я потеряла сознание.
- Я жива, чёрт возьми, - бессильный шепот, который в голове планировался изумленным возгласом, заставил меня прийти в себя.
Вампир сидел ко мне боком в белой рубашке с закатанными рукавами. Он на глаз отмерял некое вещество в пробирке. Щурясь, перелил прозрачную субстанцию на что-то красное, напоминающее клубничное варенье в блюдце. Почему-то запахло сырыми грибами. Он дал мне эту смесь не выпить, а понюхать, и в голове мгновенно стало проясняться лучше.
- Не так сильно вас и ранили, Шей, честное слово. Было бы от чего падать в обморок. Мари наложила вам пару швов, зарастут через недельку, если не быстрее. А скакать вы будете спустя полчаса, ручаюсь. Больше перепугались, чем пострадали. Нужно что-то делать с вашей эмоциональностью. Она - преимущество, в каком-то плане, но и недостаток.
- Показалось, он отсек мне руку… - мрачно и хрипло заявила я.
- Порез глубиной в районе сантиметра, - улыбнулся Винсент. - Такие ранения учат экстренно блокировать маги восстановления ранга адепт. Скажите, вас не тошнит?
- Нет, - раздраженно ответила я.
- Отлично. Кровавый венец может давать специфический эффект своим запахом. Принимать его никому не рекомендуется, но он буквально поднимает из могилы и глубокого сна даже завзятых пьяниц, - легкомысленно заметил вампир. - Поздравляю, вы справились неплохо. Конечно, действовали, как обычно, неуклюже, но с арбалетом вы и впрямь управляетесь ловко. Прежде, чем вы спросили - нападавший на вас мертв. Спасибо вам скажет семья Сэдвен, чья младшая дочь пострадала от рук этого маньяка. Воин из него никудышный, как видите.
- Он был заказан Братству? - спросила я с холодеющим сердцем.
- Ни в коем случае, - строго и серьезно ответил Винсент. - Я не позволю вам прикасаться к контрактам, это свяжет вас с нами навсегда. У семьи Сэдвен не хватило бы пороху нас нанять. Скажем, мы оказали им услугу. Орденцев Мифического Рассвета нынче что-то мало, пришлось мне немного сымпровизировать.
- Что именно он сделал с дочерью семьи Сэдвен? - тихо спросила я, отведя взгляд.
- Проще сказать, чего он с ней не делал, - вздохнул Винсент. - Скажем, когда стражники нашли ее тело, его пришлось собирать. Множественное изнасилование шипастой, стальной дубинкой. Прижизненное расчленение… Пострадали все отверстия, включая глаза. Убийство на личной почве. Эта девушка один раз пожаловалась на исповеди священнику, что эльф ее домогался. А он, кстати, наш информатор. Полагаю, девица была не робкого десятка. Мало кто пойдет на такое зверство просто от неразделенной страсти. Она, подобно многим юным особам, могла иметь привычку подтрунивать над своим воздыхателем. Злить босмера - занятие опасное, нервный они народ, неуравновешенный. Ни разу не встречал спокойного лесного эльфа… - он бормотал это себе под нос, возможно, с умыслом, чтобы не дать мне остаться наедине с тем, что я испытывала.
Как и было указано выше, боль - понятие недооцененное. Раньше я не знала, что с помощью физических, грубых факторов можно изменить саму личность. В ту ночь пытки, когда я была беспомощно вынуждена наблюдать за Элионом или уже после во время тренировок с Винсентом, я неожиданно поняла, что печаль в душе по поводу случившегося осталась. Но сделалась глуше. И на фоне нее звучал спокойный голос: “Либо ты, либо тебя - такова жизнь”.
И тут же пришла в ярость.
Я резко села на кровати и посмотрела в глаза вампиру. Наверное, впервые его взор в ответ удалось выдержать так долго.
- Хорошо. Я научусь убивать людей. Я смогу защищать себя и то, что мне дорого. Но никогда я не буду такими, как вы. Раньше казалось - это из-за моей брезгливости. А сейчас… я просто знаю, кто я. Я знаю, кем хочу быть.
Трудно не отвести взор. Трудно просто говорить. Вампир улыбнулся:
- Продолжайте драться, Шей. Говорю же - у вас прекрасно получается.
Драться. Теперь мне ясно - он имел ввиду битву за сохранность самой себя. Без высокомерия, без страха, с четким пониманием логики принципов, которые я выбрала не из мягкотелости, трусости перед законом, а по собственному опыту. Если подумать, нас воспитывает система. Мы не знаем, кто мы. Но боль - всё меняет однажды. Она показывает, кто ты - зверь или человек.
Я человек.
Элион - тоже…
***
Казематы тюрьмы имперского города отнюдь не пусты. Всвязи с нападениями орденцев Рассвета, кабинеты допроса и камеры были переполнены. Страх вынуждал людей идти на жестокие меры, и не раз эти стены слышали вопли ужаса истязаемых пленников.
Таким образом, путь через канализацию был самоубийственен. Во-первых, после смерти Уриэля его вполне логично запаяли. Во-вторых, все пути подземелья время от времени патрулировались. Эта вероятность была оговорена между мной и эльфом, так что я описала ему возможность попадания в камеру иного рода.
Элиона уже узнавали. Особенно, после битвы за Бруму. В газетах художники указывали альтмера с длинными, белыми волосами и весьма примечательным двуручником за плечами. Перед приездом в столицу он перекрасился в черный. Фламберг оставил в убежище в лесу. У него была с собой одежда для окончательного перевоплощения.
Нынче в столицу перед праздником приезжало много священников, поэтому никто не обратил внимания на бородатого, высокого типа в скромной мантии служителя Аркея.
Начальник стражи тюрьмы с недовольным видом оглядел монаха перед собой. Юный на вид эльф с благочестивым лицом сидел в кресле, перебирая четки.
- Вы опаздываете, отец, - выговорил он. - Регулярное освящение тюремных помещений уже прошло.
- Я прибыл для освящения камер смертников, - негромко и не поднимая глаз, ответил альтмер.
- Мы их не трогаем, - резко заявил начальник стражи.
- Нынче скоро фестиваль празднования Новой жизни, - эльф поднял на имперца тяжелый взгляд. - Я прислан церковью в последний дар тем, кому грозит исход в воды Обливиона, да благословит их Аркей светом надежды на избавление, - он сотворил знамение бога мертвых и склонил голову.
- Документы от высшего священника имеются?
Документы имелись. В этой версии модификации игры, которая мне нравилась, в портовом районе жил поддельщик ценных бумаг, и я рассказала Элиону, как его отыскать.
Начальник стражи долго смотрел на ходатайство и с непроницаемым лицом спросил:
- Почему вас отправило Анвильское графство?