— Извините нас, господин Зильберт, за опоздание, — сказал Иван. — Виноват я.
«Да уж, опоздание, у него еще хватает наглости назвать это опозданием, — подумал Зильберт. — Ну и здоровенный же он парень. Такое впечатление, что он чемпион мира по десятиборью, а не математик».
— Мы понимаем, что в жизни бывают самые разные обстоятельства, мешающие совершить задуманное, и полагаем, что ваше опоздание связано именно с такими обстоятельствами. Позвольте представить вам моих коллег: вице-президент, мой заместитель, господин Франк Дюваль, вице-президент по разработке господин Джон Якобс, наш директор по маркетингу господин Макс Штейн. Прошу вас, господа, садитесь.
Все сели за стол. Зильберт занял место во главе стола. Он посмотрел своими умными, немного усталыми глазами сначала на Наташу, потом на Сергея, потом остановил взгляд на Иване. «Где же я видел этого парня?» — подумал Зильберт. Ощущение, что он где-то видел Свиридова, появилось и уже не оставляло Зильберта.
— Господин Свиридов, пока вас не было, мы имели возможность подробно обсудить с господином Малышевым вопросы, касающиеся наших общих интересов. Мы договорились, что ваша фирма будет иметь эксклюзивное право представлять интересы «Юнайтед Системз» в странах бывшего СССР. Этот вопрос уже решен. Документы готовы и будут подписаны сегодня. — Он слегка улыбнулся, взглянул на Сергея, и продолжил: — У господина Малышева теперь хватит забот, я думаю, на всю оставшуюся жизнь. У нас в России большие интересы. Говорили мы также и о том, что интересует нашу фирму. Мы были предельно откровенны. С позволения господина Малышева я повторюсь.
Зильберт взял в руки карандаш, покрутил его пальцами и сделал движение, как будто хотел сломать его, потом аккуратно положил карандаш на место, еще раз посмотрел на свои руки и поднял взгляд на Ивана. Он думал: «Вопрос слишком серьезен, чтобы скрывать от этого парня наши истинные интересы. Да это и бесполезно. Малышев — умный, если у этого Свиридова и не хватит опыта понять, чего мы хотим, Малышев все равно ему все расскажет».
— «Юнайтед Системз» вложила большие, я бы даже сказал, очень большие деньги в создание нового микрочипа. Мы вели работу втайне, хотя, конечно, в наше время тайны из этого сделать почти невозможно. Компьютер на основе таких чипов — совершенно новая машина, качественно отличающаяся от тех, что уже есть. Так вот, — Зильберт сделал паузу, — мы очень внимательно изучили программу, которую господин Свиридов разработал для управления потоками информации в банковской системе. Тот принцип, который в ней использован, идеально подходит для нашего компьютера. Это просто удивительно. Должен вам сказать, что в операционной системе нашего компьютера ваша программа, господин Свиридов, будет работать на порядок быстрее. Что бы мы хотели? Мы бы хотели, чтобы господин Свиридов принял участие в разработке новой операционной системы, языка программирования для этой системы и некоторых прикладных программ. Вот и все, господа. — Все молчали. — Наш значительный опыт позволяет нам с большой степенью вероятности прогнозировать ход разработок, мы знаем, сколько на это уйдет времени, и считаем, что если вы возьметесь за это дело, то оно пойдет значительно быстрее, потому что вы используете для разработки совершенно иные подходы, которые почему-то никому до сих пор не пришли в голову. Скажу сразу: нас устроят любые ваши разумные условия. «Юнайтед Системз» — не честолюбива, ваша будущая слава не противоречит нашим интересам. — Зильберт засмеялся и откинулся на спинку кресла. — Я готов ответить на любые ваши вопросы, — теперь он обращался только к Ивану.
«Все правильно, мы с Наташей уже свое получили, с нами все ясно. А вот что скажет Иван?» — подумал Сергей.
— А какова цель создания такого суперкомпьютера? — спросил Иван.
Президент и его вице-президенты переглянулись, и Якобс ответил:
— Самая простая, господин Свиридов, завоевать мировой рынок компьютеров.
«Ах ты, черт тебя возьми! — подумал Иван. — Так я тебе и поверил». Иван выстрелил взглядом в Зильберта. Зильберт заметил это. «Так, ясно, этот парень чего-то боится. И он нам не верит. Что же в его голове? — Зильберт сосредоточенно, не отрываясь, следил за Иваном. Он старался разгадать, что и почему Иван думает и что им движет. — Опоздал он, конечно, неспроста. И не потому, что набивает цену. Он либо шизофреник, либо гений, мотивы поведения которого понять трудно».
Зильберт сказал:
— Я не математик, но, насколько я понял из разговоров с господином Якобсом, вы, вероятно, создали совершенно новый раздел математики, объединяющий особым образом теорию вероятности, математический анализ в самом его современном виде и добавили еще нечто, чему мы даже и названия не знаем. И это позволяет описывать вероятностные процессы совершенно по-новому.