— Так и называется: «Летучий голландец», — ответил Иван.
— И как давно существует ваша группа?
— А который теперь час?
Кристина взглянула на часы.
— Без четверти одиннадцать.
— Три с половиной часа, — ответил Иван.
— Ты хочешь сказать, что вы играете вместе три с половиной часа?!
— Да.
Кристина огляделась вокруг. Всю аппаратуру уже унесли, и они остались на темном крыльце вдвоем.
— Но мне показалось, что все песни этого концерта были связаны одной темой, то есть все было продумано, отрепетировано, доведено до такого уровня исполнения, когда уже не человек выбирает музыку, а музыка человека. Неужели я ошибаюсь? Мне показалось, и я думаю, что и всем, кто слушал тебя, показалось, что ты хотел сказать что-то очень важное — и это удивительное отличие твоих песен. Смысловой подтекст чувствовался в каждой песне, был в каждой ноте. Мы все почувствовали, что ты хочешь сказать, но, может быть, ты сам сейчас это сформулируешь?
— Попробую, — согласился Иван. — Я пел о Конце света.
— Вы считаете, что это… — Кристина запнулась, потому что во рту у нее почему-то пересохло, — что скоро будет Конец света?
— Да, я так считаю.
— Почему?
— Я это вижу. Для меня это очевидно.
— У тебя очень печальная тема.
— Нет темы более печальной.
— Вот почему после твоих прекрасных песен остается такое тяжелое ощущение… Теперь я это поняла — почему… И что делать? Каяться и молиться, что ли?
— А ты что, не веришь в Бога?
Кристина пожала плечами.
— Да нет, в Бога мы верим.
Иван улыбнулся:
— Впрочем, это не имеет для твоего будущего никакого значения — веришь ты в Бога или нет.
— Странно, все проповедники говорят иное.
— Ну и пусть говорят…
— А разве то, что они говорят, — неправда? Странно.
— Я пел, а не читал проповедь и для того тоже, чтобы люди, по своему обыкновению, не распределили по двум категориям — вот это правда, а это нет. Все в этом мире в равной степени ложно. Люди уже сотворили столько мифов, что не стоит добавлять к ним еще один.
«Что за странный человек? — думала Кристина, глядя на освещенное свечой (кто-то принес им свечу) лицо Ивана. — Как странно он говорит. О чем он думает и что знает? И сколько в нем уверенности! Он — гений, несомненно. Только это латинское слово тут не очень подходит. Пророк? Нет, и это — тоже не подходит. Кто же он?»
Теперь Ивану хотелось женщину. Желание было непреодолимым. Он посмотрел на Кристину и сказал:
— Оставь свое интервью на потом. Пойдем со мной, — Иван положил свою руку Кристине на плечо.
— Что-о! — широко раскрыв глаза, воскликнула Кристина.
Глаза Ивана блеснули влажным блеском.
— Мне срочно нужна женщина. Вот что. Будь сегодня моей женщиной.
— А я не хочу… Ты понял?! Я…
— Я тебя очень прошу. Сделай для меня это. Ты ведь так нравишься мне…
— Да ты — маньяк. Вот кто ты, — выскользнула из-под руки Ивана Кристина. — Только тронь, я буду кричать.
Тут Иван увидел, что поблизости стоит какая-то черноволосая женщина.
Это была Рита. Иван узнал ее. Он тут же поднялся и пошел к ней.
— Я узнал тебя. Ты пойдешь со мной?
Рита молча кивнула головой.
Они ушли, а Кристина осталась сидеть на крыльце, крутя в руках диктофон.
10
Иван открыл ногой дверь бара «Летучий голландец» и вошел. Холл был освещен светом свечи, стоявшей на стойке бара. Иван, не отпуская руки Риты, подошел к стойке. Бармен, увидев Ивана, тут же сообразив, что ему надо, протянул ключ:
— Твоя комната первая, как поднимешься по лестнице, направо.
Иван молча взял ключ и стал подниматься по лестнице, ведя за собой Риту.
Он даже не стал раздевать женщину, овладел ею стоя, прижав к стене. «Что с ним творится? — думал Аллеин. — Теперь он перенес свою неукротимую страсть в этот мир?»
— Ты кто? — спросил Иван, отпустив женщину.
— Я-то? — женщина пожала плечами. — Я — никто.
Иван смерил ее взглядом. Она была высокой, стройной, черноволосой. Больше ничего нельзя было разглядеть в темноте.
— А что ты хочешь, «никто»?
— Я хочу, чтобы ты меня еще раз трахнул, только как следует, и дал понюхать или закурить, если у тебя есть.
— И все?
— А что ты еще можешь мне дать?
— Да, действительно. Ладно, ты раздевайся пока, а я пойду спрошу у парней что-нибудь из того, что ты хочешь.