Иван попытался прислушаться к своим чувствам. И обнаружил, что ему здесь, в этой прекрасной стране, не хочется ничего. Его не тревожили никакие воспоминания, не волновали проблемы — он ничего не хотел. Единственное чувство, которое владело им, — была спокойная, глубокая радость, что он оказался, наконец там, где ему и положено быть всегда. Это чувство было очень похоже на мимолетное воспоминание далекого детства, в котором ему было так хорошо, только здесь это воспоминание воплотилось в реальность и являлось всеобъемлющим ощущением, которое можно было назвать счастьем.
Иван встал и пошел навстречу солнцу. Пес весело бежал рядом. «Интересно, далеко ли до него. Сколько придется идти? Хотя какая разница — сколько. Хоть всю жизнь. Если есть в жизни счастье — то оно в этом движении к Солнцу, — думал Иван. — Так-то оно так, только нельзя же мне идти вечно. Я же должен сделать свое дело за три года. Да, надо как-то приблизить его».
— Лийил, мне нужно дойти до Солнца как можно быстрее. Сделай это, Лийил.
Какая-то неведомая сила подняла Ивана над землей, и он быстро, все быстрее и быстрее полетел по направлению к Солнцу, поднимаясь выше и выше. Иван обернулся, чтобы увидеть Топа. Топ стремительно бежал следом за ним, но он не в силах был взлететь и через несколько мгновений исчез вдали.
— Я обязательно вернусь, Топ! Обязательно! — закричал Иван. Его голос растворился в золотисто-желтом пространстве, и радость оставила Ивана.
Иван летел все быстрее и быстрее, ему казалось, что он вращается с огромной скоростью, а в ушах был тот самый характерный свист, который он уже слышал в прошлый раз. В этот раз Иван летел с закрытыми глазами и боялся их открыть, потому что боялся, что может увидеть что-то страшное или ослепнет. В общем, он, судя по всему, повторял весь тот путь, который преодолел, когда первый раз летел к Богу. Места, где, должно быть, находился Бог, в этот раз Иван не увидел.
Внезапно свист в ушах и вращение прекратились, и Иван смог открыть глаза. Он увидел шесть желтых дисков, с огромной скоростью вращающихся в пустом пространстве, и нечто, напоминающее кресло, расположенное в центре. Иван почему-то решил, что ему надо сесть в это кресло. «А почему здесь никого нет? Чье это кресло? Где же Солнце?» — подумал Иван и, медленно подлетев к креслу, сел в него. Иван ощущал необыкновенное для себя чувство — будто он совершал нечто такое, что ни в коем случае, никогда, ни при каких обстоятельствах совершать не должен.
— Я хочу создать Книгу бытия, или Великую книгу. Разрази ее гром! Не знаю, как правильно ее называть, — сказал Иван, обращаясь в пустое пространство. — Я пришел выяснить, чего мне не хватает для этого? — Нервы его явно не выдерживали напряжения. Иван волновался как никогда. Внезапно перед Иваном возник Лийил. Он был темно-красного цвета. — Скажи что-нибудь, Лийил. Или я что-то совсем не то делаю? — Дийил молчал. Иван повторил: — Лийил, я хочу прочитать в Великой книге свою будущую судьбу, Лийил. И меня интересует сейчас только мое собственное будущее. Только мое! — добавил Иван. Но ничего не происходило. Иван посмотрел по сторонам и увидел, что он находится внутри какой-то огромной сферы. «Что же делать-то? — подумал Иван. — Так что ли и буду сидеть здесь?»
— Для того, чтобы читать Книгу бытия, ты должен стать ее частью, но тебя в ней нет, — услышал Иван голос Лийила. «Наконец-то ответил», — обрадовался Иван и сказал:
— Да, я знаю это, но ты можешь показать будущее не из Книги, а таким, каким оно будет, если я не решу Систему, а сделаю лишь то, что хочет Зильберт. Ты ведь можешь это, я знаю. Только давай поскорей, я не могу больше здесь находиться. — Иван, действительно, чувствовал себя в этом пространстве крайне неудобно, как вор, который в первый раз в жизни забрался в чужой дом и которого в любой момент могут поймать.
Откуда-то возникла полупрозрачная сфера, она начала быстро расти, и Иван оказался внутри нее. Как только это произошло, Иван увидел человека, не имевшего лица, стоящего на площади, заполненной толпой народа. Площадь была освещена светом прожекторов. Этот человек стоял на возвышении у какой-то старинной стены, рядом с ним было еще человек двадцать мужчин и несколько женщин, среди которых находилась и Наташа. Один из мужчин, стоя у микрофона, говорил речь. «А вот этот человек без лица — наверное, я», — подумал Иван. И как только он это подумал, человек действительно обрел его лицо. Лицо того Ивана, который стоял на плошали, показалось Ивану странным: оно имело какое-то особенное многозначительное выражение. «Ба! Интересно посмотреть на себя со стороны, как я постарел за четыре года! — Дату этого события он узнал из речи оратора. — Видимо, они будут для меня ох какими нелегкими. Да, похоже, я там сам себе очень нравлюсь, — подумал Иван. — И все же давай-ка смотреть на все это со стороны». Иван стал слушать, что говорил выступающий.