Сергей долго молчал. Потом сказал:
— Хорошо, договорились. Я ничего не буду предпринимать до утра четверга. Но только сил ждать у меня нет. Запью. По старинному российскому обычаю — запью на два дня.
Наташа покачала головой: «Бедный Сергей, как он бывает плох, когда дело не зависит от него».
Выпив еще водки, Сергей встал и попрощался.
«Так, тут, кажется, все в порядке, пора навестить Ясницкого, — решил Риикрой. — Это можно делать в открытую, туда Аллеин уж точно не полетит».
Местом, где Игорь Ясницкий любил находиться более всего, был его рабочий кабинет. Богато и со вкусом обставленный, расположенный в престижном районе города, оборудованный всеми возможными электронными сервисными устройствами. Здесь он подолгу размышлял в одиночестве, анализируя поступающую информацию.
«А не отдать ли мне Малышеву заказ на эту чертову систему? Не дешевле ли это будет? Парни оказались упрямые и, похоже, талантливые, не проще ли подготовить исподволь какой-нибудь компромисс? — в очередной раз возвращался Ясницкий к рассуждению на тему об электронной банковской системе. — Похоже, это именно их люди следят за мной. Не думаю, что это опасно, но может быть инцидент, а он сейчас, когда появляется столько перспективных дел, совершенно ни к чему. И Наташа в той компании, тоже надо учитывать, и, пожалуй, именно это главное». О Наташе Ясницкий думал постоянно. Он поймал себя на том, что он вообще не думал ни о каких других женщинах, только о ней. Это сильно мешало работать. «Надо это дело скорее довести до свадьбы. Так жить нельзя. Все равно ни за что не соглашусь с тем, что она достанется кому-нибудь другому. Кажется, это тот самый случай, когда я могу натворить всевозможные глупости. Надо стараться не доводить до этого. Может, связать компромисс по системе, женитьбу, устройство будущего этого Ивана в один комплекс вопросов? Это интересный выход», — заключил Ясницкий. Он встал и начал ходить по кабинету. Раздался телефонный звонок, звонил заместитель:
— Игорь, включи-ка телевизор на местную программу, только сядь прежде.
Ясницкий сел в кресло и включил телевизор. На экране он увидел Малышева, рассказывающего о глобальной банковской системе компьютерной связи, которую уже сделала его фирма. Малышев приглашал специалистов и потенциальных заказчиков на демонстрацию системы. Подробная информация в местной газете и в «Известиях»!
«Успел, успел! — ликовал Риикрой. — Теперь они оба у меня в руках».
«Что он делает?! Зачем?! Неужели они действительно смогли сделать свою систему?!» Ясницкий нажал на селектор, вызывая начальника отдела безопасности:
— Какая информация поступала о Малышеве?
— Его разработчики заканчивают тестирование сервисных программ, управляющая программа закончена Свиридовым и, скорее всего, он уже передал ее разработчикам, — получил ответ Ясницкий.
«Ох уж мне эти российские самородки, твою мать! Теперь никакой компромисс невозможен, они на него не пойдут. Заработают с ходу миллиард, тогда, я чувствую, этот Малышев мне дорогу перейдет основательно. Он меня ненавидит».
Ясницкий очень точно всегда определял отношение к себе людей и никогда не ошибался. «Надо что-то срочно предпринять. Решительно и срочно. Что?»
— Найдите мне Рубцова, — приказал Ясницкий начальнику отдела безопасности. Рубцов был нештатным агентом фирмы по особым поручениям и никому, кроме самого Ясницкого, не подчинялся. Он знал Рубцова еще по его работе в КГБ. Через Рубцова Ясницкий осуществлял связь с местной мафией.
— Федор, надо помешать Малышеву провести намеченную демонстрацию их программ для банков. Как это можно сделать? Ты, вообще говоря, хорошо понимаешь, о чем я говорю?
— Да, я полностью в курсе этого дела. Этого парня просто так не остановишь.
— Надо остановить.
— До него самого просто так сразу не доберешься. Он стреляный воробей. Ладно, ложись спать, Игорь. Этим делом я займусь сам.
Таким вздернутым Рубцов Ясницкого еще не видел. «Эти бегающие глаза, румянец, этот дурацкий лексикон. Странно, это на него совсем не похоже», — подумал Рубцов, выходя из кабинета.
17
Рубцов сразу понял, что это тот случай, когда Ясницкому успех нужен позарез и даже больше. Там замешана женщина, а эту женщину Рубцов видел и все понял сразу. Теперь никаких комментариев и дополнительных размышлений ему было не нужно. Он предполагал, что примерно этим все и кончится, и знал, что в таких случаях надо делать.