— Не буду, — пообещал Рустам. — Я только гляну, как тебя будут лупить. За «посмотреть» не наказывают.
— Козлина, — беззлобно фыркнул Неклюдов.
— Дурак.
Перед тем, как наткнуться на злополучную директиву Иджиса, попытаться открыть ее и устроить кипиш, Марк успел как следует покопаться и в облачном аккаунте управляющего и в его личном терминале. По тому, как были сгруппированы файлы, по логам обращений устройства к оперативной памяти, куче мусорных приложений и ужасным тяжеловесным алгоритмам самописных скриптов, Марк сделал вывод, что управляющий — ламер, как называли таких раньше, или, как они предпочитали называть сами себя, обыватель. Дядька этот был уже немолод, больше интересовался вопросами менеджмента и управления персоналом вживую, чем с помощью технологий, и просто пользовался закрепленными за ним устройствами, лишь изредка и не очень удачно пытаясь оптимизировать их работу своими скриптами. Даже Ибрагимов, который окончил лишь обязательный начальный курс образования десять лет назад, очень много с тех пор получал по голове и почти растратил все знания в математике и программировании, был все еще способен накодить куда более изящные пользовательские скрипты или даже написать небольшую, не сложнее древнего DOS, операционку.
В связи с этим открытием и нехваткой времени, Неклюдов сразу отбросил все мысли о попытках добыть ключ с помощью высокотехнологичных методов и решил воспользоваться самым старым и при этом самым эффективным способом получения доступа куда и к чему угодно — социальной инженерией. Скрываться бессмысленно — Страж обязательно вычислит взломщика, — так что лучше просто довести начатое до конца — добыть ключ, расшифровать файл от Всевышнего, скинуть его на сервера хактехников в открытый доступ и получить славу человека, сумевшего первым ухватить одно из бесчисленных щупалец этого спрута, Иджиса, оторвать его и препарировать на глазах у публики. Нанести Всевышнему всего лишь укол, но укол отравленным острием, способным навсегда развеять ореол таинственности и всемогущества, окружающий эту машину уже свыше века. Ну, а потом останется лишь дождаться Стража, который наверняка примчится намного раньше объявленного времени, и отправиться досиживать свой срок в настоящую тюрьму, после которой можно попытаться начать новую жизнь. Может, даже примут обратно в общину. Конечно, срок накинут, но небольшой, можно вытерпеть. За любой технологичный взлом положено получать полгода. Ни днем меньше, ни днем больше. Таковы правила оптимизированного Иджисом уголовного кодекса, и правила эти не дозволенно нарушать никому.
Убедив себя, что серьезных последствий не будет, Неклюдов с Ибрагимовым прошли через ворота мимо дежурного, не обратившего на них внимания. Лишь стоявший неподалеку Цербер — гибрид мини-танка на воздушной подушке и установки ПРО, — приподнял спаренные пулеметы и тут же опустил стволы в походное положение. В пересменки заключенным был разрешен свободный доступ к корпусам техников и снабженцев, и сейчас как раз было это время.
Однако на входе у двухэтажного здания управленцев путь им преградил офицер службы безопасности.
— К кому? — прозвенел из-за маски шлема стальной голос мужчины, сильно не вязавшийся с его расслабленной позой.
— К управляющему, — ответил Марк.
— Цель обращения?
— Ты, наверное, слышал о небольшом скандальчике. Я его причина.
Офицер сменил позу, чуть собрался, пальцы левой руки запорхали по клавишам или менюшкам, видимым только ему. Ладонь правой сначала коснулась рукояти дубинки, после едва заметного поворота головы к Ибрагимову, она переместилась на рукоять закрепленного на бедре пистолета.
— Назначение устройства в левом кармане?
Неклюдов вытащил секундомер. Самодельный, с оторванной и обрезанной от списанного дрона медиа-панелью и грубым, напечатанном на принтере корпусом, собранным с неровными зазорами. Марк втопил одну из двух кнопок, и на дисплее замелькали цифры.
— Мы занимаемся спортом, с этой штукой удобнее.
Помедлив, получая указания, офицер отступил от входа, двери автоматически разъехались.
— Проходи. На третий этаж.
Неклюдов шагнул в здание, Ибрагимов двинулся следом, но уперся грудью в ладонь офицера.
— А ты куда?
— А-а-а… э… — замычал Рустам. Дальше этого момента он не продумал.
Марк глянул на друга. Можно отделаться от него прямо сейчас — это самое разумное. Но идти одному страшновато.
— Ну чо, — изображая злорадство, кинул Марк Рустаму, — не обломится тебе ничего. Зато прославишься стукачем.