Бортпроводница снова улыбнулась. Улыбка вышла слегка натянутой. Восемь мужчин перед ней выглядели как обычные туристы, но что-то в них было неправильным, таких гостей она еще не встречала. Атлетичные, как игроки спортивной команды, с такими же идеальными осанками и короткими стрижками. Они так же беззаботно улыбались, о чем-то перешучивались, только глядели слишком внимательно и цепко, с каким-то нехорошим выражением в глазах. Как тот тигр в зоопарке.
Девушка тряхнула головой, отгоняя дурные мысли. В САС не могло случиться ничего плохого. Видимо, просто утомилась.
— Прошу вас проследовать за мной на борт самолета. Оттуда мы сможем подняться в клипер. Взлет состоится через десять минут.
Бортпроводница провела группу к спущенному на бетон заднему грузовому трапу самолета. Кроме винтовой лестницы вверх, внутри фюзеляж самолета был абсолютно пуст.
— Прошу вас, джентльмены, поднимайтесь наверх, одевайте скафандры и занимайте места в креслах-ложементах. Я последую за вами.
— Не бросай нас, крошка, — подмигнул ей Ирвинг. — Первый раз летим в космос.
— И, наверное, в последний, — добавил Хамад. — Три года откладывали на эту экскурсию.
Девушка улыбнулась:
— Скоро каждый сможет себе позволить побывать в космосе. Когда достроят Солярис, частные туристические компании, наподобие нашей, станут основными перевозчиками между Солярисом и Землей. Власти САС уже готовы передать в лизинг только нашей компании еще два десятка клиперов. Когда это случится, цены на космические экскурсии поползут вниз.
Хаим хохотнул:
— Звучит так, будто мы выкинули целое состояние.
— О, это того стоит, — заверила его девушка. — Разве не замечательно, что вы станете одними из немногих людей, кто увидит Солярис в его незавершенном виде? Сейчас вы увидите как создается великое будущее всего человечества.
— Вообще-то, не всего, — заметил Санг.
— Азиатские и арабские народы сами виноваты, что не пожелали присоединиться к САС, — спокойно ответила заученной фразой девушка. — Лишь Всевышний в его безграничной мудрости способен объединить людей и не дать нам вынести наши пороки и конфликты в безграничный космос, где станет невозможным сдержать их рост.
— Аминь, — кинул Марк и первым начал подниматься в клипер.
Еще снаружи клипер казался маленьким, внутри он оказался откровенно тесным. Вытащив за собой из люка в полу сумку, Марк разогнулся и ударился макушкой о потолок.
— Простите, — крикнула снизу бортпроводница, — забыла упомянуть, чтобы вы берегли голову!
Пригибаясь, Марк осмотрелся. Узкий проход, по бортам четыре гелевых кресла-ложемента, над ними багажные отсеки, одна массивная, судя по всему, стальная внутри, обитая красным деревом дверь в кабину пилота. Посередине двери на уровне глаз было расположено круглое смотровое окошко.
Достав из сумки терминал, Марк поднял дверцу багажного отсека и увидел внутри шлем и скомканный скафандр с зачехленными в пластик баллонами воздуха и батарей питания. Вытащив шлем и скафандр, он запихнул сумку в отсек и с сомнением оглядел то, в чем предстояло выйти в открытый космос и пролететь пару тысяч километров. От радиации такой точно не спасет, все схватят приличную дозу, но ткань плотная, металлизированная. После накачки воздухом на нее подастся небольшое напряжение, и она должна затвердеть.
Сняв кроссовки, Марк втиснулся в узкое пространство между креслами, расстегнул молнию спереди скафандра и начал натягивать брючины и крепящиеся к ним ботинки.
Салон начал заполняться, все вновь прибывшие обязательно ударялись головой о потолок и ругались.
Пока все облачались в комбинезоны скафандров, Марк успел залезть в свой, защелкнул кольцо ворота, надел шлем и, попав в пазы и провернув пару раз шлем, осмотрел себя. Скафандр висел на нем как на пугале.
Закрыв и задраив с пульта люк, девушка сообщила:
— На запястье есть зеленая кнопка. Нажмите ее, пожалуйста.
Когда Марк нажал ее, умная ткань начала утягиваться, подстраиваться под его размеры.
— Визоры нужно поднять, — сказала девушка, пряча пульт в карман пиджака. — Они опустятся автоматически, если давление в салоне упадет до нуля. Но можете не волноваться, этого не случится. Никогда еще не случалось. На случай, если произойдет разгерметизация, прошу вас оставаться на своих местах. Визоры опустятся, из баллонов будет подан кислород. Его запасов хватит на двадцать часов. Но нас всех спасут намного раньше. Время прибытия спасательного корабля составит час для низкой орбиты и три для геостационарной — за нами прилетят на очень мощном и быстром судне. Как вы можете заметить, внешние шторки обзорных окон клипера пока опущены. Они поднимутся, как только мы достигнем высоты двадцать километров. До этого на окна будет подаваться изображение с камер, поверьте, оно ничем не отличается от того, что вы сможете увидеть своими глазами. Вам уже были выданы противорвотные средства, но если вы вдруг почувствуете себя плохо, нажмите на красную кнопку на запястье скафандра и вам будет сделана дополнительная инъекция медикаментов. Также медикаменты снизят неприятные ощущения от перегрузки — рекомендую воспользоваться красной кнопкой при начале ускорения. Если вам не станет лучше, сбоку от своих кресел вы найдете пластиковые пакеты. Ускорение будет продолжаться час, перегрузка будет чуть выше полутора Же — это вполне терпимо даже для пожилых людей. Вы, джентльмены, едва ее почувствуете. Мы совершим три витка вокруг Земли и через шесть часов достигнем Соляриса. Незадолго до прибытия в пункт назначения, мы начнем торможение. К Солярису мы сможем подойти на расстояние не ближе пятисот километров, однако вам на обзорные окна будет транслироваться приближенное изображение этого чуда техники. Рядом с Солярисом мы проведем час, и я расскажу вам о всех этапах строительства этого корабля и отвечу на все ваши вопросы.