Научное, теоретическое мышление – лишь момент, «часть» мышления вообще, хотя и очень важная. Существуют и другие способы освоения действительности, вненаучные, например искусство. Интроспекция, рефлексия рассудка – лишь момент, важный, но не единственный механизм осознания течения индивидуальной жизни. Сознание же вообще, включая в себя и теоретическое мышление, и рассудочные формы, к ним также не сводится. Оно включает и такие процедурные компоненты целесообразной деятельности, которые в нем присутствуют, но не осознаются актуально. Чувственные образы и представления, пронизывая все сознание, также им не исчерпываются. Существует мощная сфера подсознания человека, основа всех его духовных процессов. Жизнь человека не исчерпывают «сознание плюс подсознание» – ведь эта жизнь обеспечивается определенными нервно-физиологическими процессами, подчиненными социально-исторической деятельности «существа» качественно особого рода – личности. Именно эта деятельностно-практическая личность – субъект истории – и мыслит – с помощью мозга, воспринимает и переживает – с помощью чувств, а не «мозг мыслит», «чувства воспринимают» и т. п.2
2 См.: Леонтьев А. Н. Деятельность. Сознание. Личность, с. 58-59.
Задача, следовательно, состоит не в том, чтобы понять действительное место и значение нравственных чувств в психике человека, пронизывающих ее «насквозь»,- от элементарных неосознаваемых восприятий до логико-понятийных процессов1.
1 «…Самое мышление как реальный психический процесс уже само является единством интеллектуального и эмоционального». (Рубинштейн С. Л. Проблемы общей психологии. М., 1973, с. 97-98).
Но и понять их роль в единых «ансамблях» психической регуляции поведения человека не как абстрактной особи, а личности, весь духовный мир которой, в том числе нравственность, формируется в процессе творчески-преобразующей деятельности – конкретно-исторической практики. Ведь и сама противоположность чувств и разума в этике, толкуемая традиционно как коллизия долга и склонности, есть производный продукт исторической действительности, постоянно воспроизводящей нравственно раздвоенного индивида, «когда общество в нравственном отношении расколото, и в то же время оно нуждается в определенной общности моральных позиций, в едином ценностном языке»2.
2 Гусейнов А. А. Долг и склонности.- Вопросы философии, 19.81, № 10, с. 115.
Мир ценностей, который формирует моральность человека и который человек же создает в процессе совместной практической жизнедеятельности – вот подлинный ключ к различным «антиномиям» нравственного сознания. Их решение в этом случае, разумеется, не сводится к простому раскрытию реального нравственно-психологического соотношения чувств и разума, мотива и поступка и т. п.
Дружбу, например, как нравственно-психологический феномен жизни людей, нельзя вывести просто из ее чувственной, интимной теплоты и взаимной привязанности – хотя без них она не существует, ни из полезности, взаимопомощи, этикетно-престижного «ритуала» – хотя он может в ней присутствовать, ни даже из совместной самореализации, предполагающей «слияние» родных душ, своих «вторых Я» – хотя это крайне важно и, к сожалению, полностью достижимо лишь в идеале. Нет, дружба невыводима просто из всех этих ее существеннейших нравственно-психологических черт и атрибутов. Она – самоценность1,
1 См. об этом: Кон И. С. Дружба. М., 1980, с. 248- 252.
несводимая ни к страстному биению чувств, ни к благу взаимной поддержки. В ней воплощается важнейшая ценность человеческих взаимоотношений, формировавшаяся и развивающаяся поныне как самораскрытие творческих духовных сил человека. И не столь уж важно, что обыденный рассудок придает этой моральной самоценности дружбы вненсторический характер (хотя это исторически сформировавшееся, имеющее различные конкретные формы и развивающееся поныне явление), превращая ее в выражение некоего абсолютного начала человеческого «духа», «природы» и пр. Важно другое: дружба как один из видов межличностных отношений воплощает собой определенную моральную ценность, как бы концентрирующую в себе благородные, свободные горизонты нравственного развития человека.
Именно в этом мире ценностей – аксиологическом аспекте социально-исторической практики человека – дружба находит свое полное объяснение и этическое обоснование.
* * *
Коллективное, общее дело, спаянное едиными ценностями, коммунистическими идеалами; творчество, самораскрытие созидательных сил, способностей человека, революционно-классовая сплоченность и психологически возросшие возможности морального взаимопонимания, сопереживания; бережное проникновение до сокровенных истоков нравственно-психологического самочувствия, мировосприятия человека – в дружбе и любви; наконец, глубинные исторические потребности развития моральной коммуникабельности в общественной жизни и перспективы формирования гармонической личности, неразрывно сопряженные с торжеством коммунистического гуманизма,- все это приметы нового социально-нравственного положения человека в социалистическом мире. Приметы, позволяющие оптимистически относиться к проблеме преодоления морального одиночества, отчуждения, замкнутости, враждебной разобщенности людей друг от друга.