Орлов понял ловушку. Это была показательная порка. Зубов заставлял его делать самую нудную, самую бессмысленную с его точки зрения работу. И, что хуже всего, эти официальные запросы оставят след. Они покажут всем «смежникам», что заштатное УПДВ из Екатеринбурга почему-то проявляет нездоровый интерес к аспирантке-физику из Москвы.
С тяжелым сердцем он вернулся в свой кабинет. Это был приказ, и не выполнить его он не мог.
Он сел за компьютер и открыл систему внутреннего документооборота. «Создать новый запрос». Он методично вбивал данные: Смирнова Анна Петровна, 1997 г.р., уроженка... Он чувствовал себя грязным, словно подглядывал в замочную скважину.
Он просмотрел ее краткую справку. Фотография из студенческого билета — те же серьезные, умные глаза, что и на школьном снимке в архиве «Антиквара». Характеристика из университета: «...обладает выдающимися аналитическими способностями, склонна к нетривиальным решениям научных задач, некоммуникабельна». «Такая же, как он», — подумал Орлов. Два одиночества.
Он поставил галочки во всех нужных полях. «Проверить по базе данных СОП». «Проверить по базе „Периметр-Граница“». «Запросить характеристику из научного учреждения». Нажал «Отправить».
Электронное письмо, состоящее из сухих строк кода и идентификаторов, полетело по защищенным каналам связи. Орлов не знал — и не мог знать — что в этот самый момент в другом, гораздо более серьезном департаменте, на мониторе дежурного офицера Службы Оперативного Противодействия загорелась маленькая, но очень тревожная красная лампочка.
Система оповещения сработала безупречно. Она сигнализировала о том, что кто-то из другого управления ФАК только что сделал официальный запрос по объекту, проходящему у них под грифом «Особо важный актив». Оперативный псевдоним актива — «Физик».
Дежурный офицер немедленно набрал номер своего начальника, полковника Дегтярёва.
— Товарищ полковник, у нас проблема. УПДВ из Екатеринбурга только что начало «пробивать» нашего «Физика».
В трубке на несколько секунд повисла тяжелая тишина.
— Кто именно? — наконец спросил Дегтярёв.
— Майор Орлов. По делу №3817-У. Объект — некий Вольнов.
— Вольнов... — Дегтярёв нахмурился, вспоминая. — Тот самый программист, который ей деньги шлет. Понятно. Значит, борцы с деструкцией решили, что он — их главный фигурант, а она — его связь. Дилетанты.
— Что прикажете, товарищ полковник?
— Ничего. Пока ничего. Не спугните их. Возьмите этого майора Орлова и всю его группу под плотное наблюдение. Я хочу знать каждый их шаг. Они, как слепые котята, лезут в нашу игру. Посмотрим, куда они нас выведут.
Орлов закрыл программу документооборота. Он выполнил приказ. Он думал, что просто запустил еще один бессмысленный бюрократический процесс. Он и не подозревал, что только что превратился из наблюдателя в наблюдаемого. И что его тихое, абсурдное дело вот-вот станет эпицентром настоящего шторма.
Глава 15. Операция «Паутина»
Внутри неприметного серого фургона, припаркованного в тихом дворе на улице Малышева, было теснее и жарче, чем в подводной лодке. Пространство было до отказа забито аппаратурой, экранами и людьми в штатском, говорившими вполголоса. Это был мобильный штаб операции «Паутина», и ее руководитель, полковник Службы Оперативного Противодействия Дегтярёв, был похож на хирурга перед сложнейшей операцией.
На нескольких мониторах перед ним разворачивалась картина, невидимая обычному глазу. Один показывал тепловую карту подъезда, где жила аспирантка Смирнова, — их актив «Физик». Второй отслеживал перемещение синей точки по карте города. Это был «Гость» — Гюнтер Майер, атташе по культуре в немецком консульстве, а по совместительству — кадровый сотрудник BND, немецкой разведки.
— «Гость» движется по плану, — доложил оператор с позывным «Хакер». — Расчетное время прибытия к цели — двенадцать минут.
Дегтярёв молча кивнул. Операция, которую они вели три месяца, входила в финальную стадию. «Физик» должна была передать «Гостю» флешку с прекрасно подготовленной дезинформацией — пакетом «секретных» данных, которые надолго отправят аналитиков BND по ложному пути.
Все было бы идеально, если бы не «третий элемент». Программист Вольнов, он же «Антиквар».