Существо второе: «Гарпия Кибернетическая»
Официально: Громова Алина Игоревна, 28 лет. Безработная. Псевдоним: «RageQuitLina».
Справка «Периметра-7»: «...транслирует прохождение видеоигр, сопровождая процесс обильным использованием обсценной лексики. Демонстрирует агрессивную, нигилистическую манеру поведения. Ведет перманентный сбор денежных средств на „новый микрофон“, что может являться прикрытием для финансирования неустановленной деятельности. Контент направлен на вербальную деградацию аудитории».
Мысли Орлова: Он помнил запись ее стрима. Этот виртуозный, многоэтажный мат мог бы заставить покраснеть старого боцмана. Но в ее яростных криках на пиксельных монстров было что-то... честное. «Антиквар», наверное, находил в этом отдушину. Сам-то он, судя по профилю, и слова грубого сказать не мог. А деньги на микрофон... Орлов был почти уверен, что она их тратит на оплату коммуналки. Но для Зубова он написал: «...финансовые потоки гр. Громовой взяты на дополнительный контроль. Проверяется версия о возможном аккумулировании средств для проведения несанкционированных публичных акций».
Существо третье: «Химера Ужасающая»
Официально: Нечаева Лариса Павловна, 25 лет. Продавец-консультант. Псевдоним: «LaraPlaysHorror».
Справка «Периметра-7»: «...специализируется на контенте жанра „хоррор“. Трансляции характеризуются экстремальным уровнем психоэмоционального напряжения. Подобный контент может оказывать деструктивное воздействие на психику несовершеннолетних, провоцируя развитие фобий. Донаты от объекта „Антиквар“ часто содержат двусмысленные отсылки („на новые кирпичи“), что требует углубленного семантического анализа».
Мысли Орлова: От одного воспоминания о ее визге у Орлова начинало звенеть в ушах. Он не понимал, как это можно смотреть добровольно. Но угрозы госбезопасности он в этом не видел. Он видел только девушку, которая нашла очень специфический способ зарабатывать, и парня, который платил ей за то, чтобы она пугалась за него. Но для Зубова он написал: «...направлен запрос в Центр психолого-психиатрической экспертизы для оценки потенциального вреда, наносимого контентом гр. Нечаевой, и анализа сообщений от объекта „Антиквар“ на предмет наличия скрытых призывов к агрессии».
Существо четвертое: «Горгона Мыслящая»
Официально: Крамер София Дмитриевна, 35 лет. Кандидат философских наук. Псевдоним: «PhilosoFeiya».
Справка «Периметра-7»: «...под видом образовательного контента осуществляет популяризацию западных философских доктрин, критически осмысляющих традиционные ценности. Представляет наибольшую угрозу ввиду высокого интеллектуального уровня и способности формировать у аудитории комплексное оппозиционное мировоззрение. Является, предположительно, идеологическим ядром ячейки, в которую входит объект „Антиквар“».
Мысли Орлова: Вот эта была настоящей проблемой. Не потому, что она была опасна. А потому, что она была умна. Она говорила об идеях. А идеи, как знал Орлов, были единственной вещью, которую по-настоящему боялось его начальство. Он не мог просто отмахнуться от нее. Но и подводить умного человека под монастырь ему не хотелось. Для Зубова он написал самую обтекаемую и длинную из всех справок: «...деятельность гр. Крамер носит сложный, междисциплинарный характер. Для всесторонней оценки ее влияния требуется формирование экспертной группы с привлечением специалистов по философии и социальной психологии. Подготовка соответствующего запроса займет продолжительное время».
Он откинулся на спинку стула и посмотрел на четыре распечатанные фотографии на своем столе. Девушка-косплеер, девушка-матерщинница, девушка-крикунья и женщина-философ. Бестиарий цифровой эпохи. Четыре всадницы апокалипсиса, по мнению полковника Зубова. Четыре одинокие души, пытающиеся найти свое место в сети, по мнению майора Орлова.
И где-то между этими двумя трактовками, как между молотом и наковальней, и проходила вся его работа в Управлении по противодействию деструктивным влияниям.
Глава 6. Эхо на старой фотографии
Есть ночи, когда код не пишется, а мысли не думаются. Ночи, когда тишина в квартире становится густой и вязкой, как смола, и единственное, что остается делать — это смотреть в прошлое.
В эту ночь Алексей Вольнов открыл на своем компьютере папку, в которую не заглядывал месяцами. Она называлась просто _archive. Внутри, среди старых университетских проектов и первых неуклюжих попыток писать прозу, был еще один каталог — school_days. Это был его личный ящик Пандоры, полный фотографий и воспоминаний, одновременно теплых и колючих.