Асподель рассмеялась: Поверь, она права.
— Я и не сомневался, — ухмыльнулся Антимаг, — А что на счёт Меддокса, что ты хотела сказать?
— Это мой дом, который я потеряла. А если быть точнее, у меня его отобрали, — Асподель скривила лицо, — Пускай я и советница короля, баронесса, но въезд мне туда воспрещен.
— Разве такое возможно?
— Еще как. Замок тот что ближе к нам, принадлежал мне. Но все герцогство забрал Джон Фламбер. Давным-давно, во время восстания Харольда, дом Фламберов потерял земли, и жизни. Выжил лишь один мальчик. Мой дядюшка Кендел, стал герцогом, отец бароном, а мать баронессой.
Прошли годы, он пришел и забрал все.
— Не пробовала отвоевать? Я знаю твою силу и влияние в королевстве.
— Я бы могла, но устоит ли Флавия? Не хочу, чтобы флавийцы убивали друг друга из-за земли, которая и так принадлежит им, а дети становились сиротами. Мне это знакомо. Мои родители пали в результате заговора Фламбера с привлечением темных сил. Мой дядюшка пал от рук мятежников, а после и его сын. Так я одна осталась.
— Разве ты не отомстишь?
— Месть придет в Меддокс, когда наступит час.
— Зная тебя, эта месть будет очень жестокой.
Асподель молча кивнула. Она наслаждалась красотами родного края.
— Впервые за долгие годы, пускай издали, я вижу родные места. Есть одна флавийская песня, она напоминает мне о доме:
“Кровью пенится море лютое,
Бури рулит твердынь небосвод,
Песню черных вод мрак укутывал,
Ставших на смерть за гордый народ.”
— А ты ещё и поешь красиво, госпожа ведьма, — проговорил Антимаг.
— Немного умею, — скромно ответила Асподель.
— Что ж, нам пока идти, не то мы околеем здесь.
— Ты околеешь, — поправила его Квинтисенса.
— Я околею, — усмехнулся он.
— Прощай Антимаг, прощай Квинтисенса, желаю вам успеха и счастья, я рада, что наша вражда окончена, — проговорила она, затем стала шептать какое-то заклинание. — Спасибо тебе, огромное! — ответил он, не сдерживая слез. Она улыбнулась, весело сморщила нос, а затем открыла магический портал. Синеющий круг поглотил ее.