— Стражнику пожалуется? — Вельмунд продолжил хохотать на всю округу.
Повозка торопливо пробиралась по разбитой дороге. Впереди виднелись имперские заставы, где в свете факелов, он увидел едва заметные очертания солдат. Стало понятно, что они приближались к землям Центарона, на которых так же как и в Дентросе, жили безбожники.
Все это время Антонио не сводил глаз с Вельмунда, пытаясь выкроить момент, чтобы сбежать.
Его руки были по-прежнему связаны, да и ноги тоже, но густые такилонские леса, давали надежду. Антимаг планировал скрыться среди ночи в чаще, но так, чтобы его исчезновение заметили не сразу.
Дорадос молился, и пытался развязать веревки, но чуда не случилось. Вдали виднелись факела столицы. Невысокие каменные стены, затесались внутри непроходимого леса.
На башнях стояли солдаты, что вели караульную службу. С каждым часом становилось все холоднее, солнце окончательно зашло.
Не смотря на ночное время, ворота были открыты нараспашку, их стерегли воины из ополчения. В дряхлых туниках, и с копьями в руках.
- Сюда, быстрее, — послышался голос со стороны стен.
“И это империя? Как по мне какое-то посмешище, солдаты одеты хуже дентроских ополченцев. И это столица, что творится в деревнях подумать страшно. Рыцари львиной гвардии на фоне этих бедолаг выглядели киборгами” — подумал Антимаг.
- Мы везем пополнение, — вскричал Вельмунд, недовольно посмотрев на солдата.
Повозка проехала внутрь города и добравшись до каких-то бараков замедлила ход, а затем и вовсе остановилась.
Со всех сторон виднелись чьи-то глаза, они поблескивали из толпы горожан, что собрались поглазеть на новых пленников. Это были в основном плохо одетые и полуголодные горожане, на отшибе города.
Вокруг стояли десятки телег, из которых грубо выгружали невольников. Вельмунд, не стал исключением. Разбойник подошел к Дорадосу и швырнул его в повозки. Мужчина упал в промокшую землю, ударившись руками о камни.
Холодная, цепкая грязь, въелась ему лицо, отчего Дорадос стал похож больше на нищего, чем на инквизитора. Антонио с ужасом осознал, что здесь в Центароне, люди не исповедуют Христа, он здесь вне закона.
Поэтому людям Малахии, будет трудно его вытащить отсюда, если они вообще узнают, о том, куда Антимаг бесследно пропал. От этой мысли мужчине становилось горько.
Душу разрывало, а ненависть к Асподель достигла апогея. Она стала в один ряд с Энтерией. Из этой ситуации Антонио вынес один ценный урок, что ни при каких обстоятельствах не стоит доверять ведьмам, жалеть их, только по тому что они женщины.
Мужчина решил выжить, и начать настоящую войну против этих порождений зла.
Антимаг взглянул наверх и увиделна холме величественный город в котором расположилось несколько дворцов.
Он смутно их видел в сиянии луны. Как оказалось там где он сейчас находился, это была бедная часть города, где жили как принято называть в империях плебеи, во всяком случае Антонио так это воспринял, будучи итальянцем.
- Вот, привез вам раба, — вскричал работорговец, обратившись к имперскому офицеру.
- Молодец Вельмунд, заслужил таки кошель с имперским золотом, вот только одного мало, хочешь получить бочку монет, привези нам сотню флавийских рабов.
- Сделаю в лучшем виде, — пробормотал разбойник, после чего прыгнул на повозку.
Дорадоса и других пленников окружили десятки солдат, в дорогом пластичном доспехе. Они держали мечи наготове, с презрением вглядываясь в лица невольников.
- С сегодняшнего дня вы наши рабы. Ваши жалкие жизни, отныне принадлежат империи.