Все вокруг говорили на такилонском языке. Антимаг его немного понимал, но говорить на нем было весьма трудно, ведь сама речь больше напоминала лай собак, чем голос людей.
Наконец-то завидев нужную ему дверь, уловив ее своим взглядом. Антонио ринулся туда. Из таверны доносился крик и звон пивных кружек.
Где-то в углу, стоял бард и своим противным голоском напевал какую-то веселую песню: Такилонская орда, Флавию сомнет в раз-два.
Толпа забившись хохотом подпевала: Центарон, центарон, королевства сломит он.
Из этих слов Антимагу стало понятно, что отношения между двумя государствами, мягко сказать не самые лучше, а если вспомнить, что разбойники воруют для Центарона крестьян, порабощая их в рабство, так вся ситуация вообще попахивает войной.
Антонио торопливо подошел к трактирщице, что устало склонилась над стойкой бара.
Женщина смотрела на него и слово портовая потаскуха, вывалив на стол весь свой внушительный бюст, накручивала свой кудрявый белый волос на палец, страстно подмигивая Антимагу.
- Чего тебе? Красавчик, — спросила она.
- Мне бы комнату, да побыстрее.
- Ну пошли, с тебя два имперца.
- Два имперца? - удивился Антонио.
- Имперский ворон, ты чего не местный? - разглядывая его, спросила трактирщица.
- Да нет, я из Эльсильдора.
- Вот откуда ты такой красивый, давай деньги и пошли, покажу тебе твою комнату, — ухмыльнувшись и вновь подмигнув, проговорила она.
Он неторопливо отправился за ней, по широким коридорам шумной таверны.
В дальнем темном углу, где располагались комнаты. Сидел одинокий старик, что нашептывал себе под нос что-то. Его глаза были белы как снег.
- Вот же гад, опять упоролся каким-то зельем, — раскричалась трактирщица, согнав его со скамьи.
- Хорошие у меня соседи, — проговорил Дорадос, едва заметно ухмыльнувшись.
- Да, какие есть, ну ты не бойся, я таким придуркам спуска не даю, сразу кружкой по голове, только начинают буянить, — противно рассмеялась женщина. Да так, что уши Антимага, едва ли лопнули, а лицо перекосило.
- Тебе сюда, — продолжила она, толкнув дверь вперед.
- А что с обедом?
- Ты имел в виду ужином? - вновь рассмеялась женщина.
После темницы Антимаг был насколько уставшим, что голова не соображала.
- Именно, что у вас с ужином?
- С тебя еще имперец и принесут тебе еды до отвала.
- Хорошо, вот твой ворон, — ухмыльнулся он, передав монету с надписью Centaron на ребре.
Хозяйка таверны ушла, а Антонио устало упал на кровать. Так хорошо ему не было давно.
Он смотрел в потолок и улыбался. С другой стороны его душу слегка тяготел тот факт, что ему придется вскоре отрабатывать свою свободу и жизнь Квинтисенсы, если это вообще возможно.
Но он был готов на многое, если не на все. Если ведьмы Гайдемора помогут ему с Квинтой.
Антонио праздно разлегся на кровати, растопырив ноги в разные стороны, в ожидании ужина. Спустя минут десять, в дверь постучались.
- Кто там? - раздался его хриплый голос.
- Я принесла вам еду.
- Хорошо, проходи, — утвердительно ответил он, разрешив войти.
Дверь со скрипом распахнулась и перед собой он увидел Квинтисенсу.
- Ты? - удивился он, словно увидев призрака. Антимаг полагал, что попросту уснул и это сновидение.
- Да я, — холодно ответила она.
- Но как же так? Ты ведь мертва.
- Кто мертва? - послышался голос служанки. Он смотрела на него как на безумнца.
Антонио вмиг взбодрился, протер глаза и осознал, что перед ним стоит не Квинта. - Я вам ужин принесла вот держите, — продолжила девушка, с испугом в голосе. Она торопливо поставила поднос на стол и молча удалились, грозно хлопнув дверью.
- Что это было? - испугавшись пробормотал Антимаг, взглянув еду, что была аппетитно уложена на поднос из дубовой доски, но ему вообще не хотелось.
После пережитого стресса, и после того, что он увидел в этой комнате на душе было гадко, но он силой пихал еду в рот, ведь понимал, что покушать, хотя бы немного.
За последние два дня он лишь один раз поужинал, при этом довольно скудно.
Ему вновь напомнили про Квинтисенсу. Прошлись по его сердцу словно ножом. Он слабо верил, что Квинту можно вообще воскресить, но в душе была надежда на лучшее.
Слова владычицы пускай и были невероятными, но в мире магии возможно пожалуй все. Антимагу хотелось вновь увидеть улыбку любимой, обнять, услышать нежный голос, но он четко осознавал, что это почти невозможно.