Он шел по первозданному лесу, где не виднелись замковые стены, и не было даже дорог, а только лишь едва ли заметная грунтовая тропа, что была усеянная с обеих сторон травой.
Погода сменилась очень резко. Густой туман накрыл здешние леса. А из мрачных почерневших рощ, слышались угрюмые голоса, что настораживали Антимага. Из-за иглы он не был уверен, что идёт правильно в направлении Марбурга. И чего ж Самерселия не отправила его прямиком к стенам флавийской столицы? Это вопрос мучил его всю дорогу, особенно в тот миг, когда ноги отказывались идти и он устало садился на близлежащий камень.
Комары в здешних лесах были такими же наглыми как и в дентросийских, настоящие младшие братья вампиров.
Через кроны деревьев, пробивались капли дождя. Антонио стало не по себе. Ведь больно это все напоминало недавние происки Энтерии, поэтому он старался быть максимально осторожным. Хотя и страх наполнил его душу, мужчина понимал, все это неспроста и даже если Энтерия здесь не причем, то явно не обошлось без происков темного колдовства.
- Дорадос, — раздался чей-то шепот позади.
- Кто здесь? - спросил Антонио, с трепетом обернувшись назад, он не ожидал, что в флавийских лесах, ему удастся встретить хоть какое-то зло. Однако он не знал, о тех чудовищах, что скрывались в самых отдаленных его частях
Антимаг себя успокаивал, внушая, что здесь никого нет, ведь это не Дентроские земли, где за каждым кустом и каждом болоте царит мрак. Он вглядывался в каждый кустик, но не было никого.
На мгновение все вокруг погрузилось в полную тишину. Вопли вдали умолкли.
— Быть может почудилось? Усталость сказывается? — пробормотал Антимаг. Несмотря на тот факт, что он отсыпался во владениях Самерселии, его мысли по-прежнему были о кровати. Но повторный рык взбудил его не хуже бодрящего зелья.
Эта ситуация напоминала о Дентросе, где он также будучи один среди жуткого леса, слышал чьей-то присутствие.
Антимаг настороженно осмотрелся вновь. Он понимал, что монстр его видит, а он его нет.
Только от одной этой мысли, его глаза начинали непроизвольно бегать из стороны в сторону, пытаясь понять, что именно таит в себе опасность.
Он тщетно рассматривал кустарники, траву, лесные чащи, но не мог заметить ничего, чтобы выделялось из общей картины леса.
Крик ворона прервал это молчание, за ним послышался пронзающий рев, что больше напоминал зов Мантикоры. Он напомнил ему о Квинте, от чего стало больше грустно, чем страшно.
- Ты меня страшишься? - вскричал, он, пытаясь, выманить его.
- Я тебя? - раздался дикий смех. Вдали, под старинным дубом, виднелась дымка, которой явился он.
Это отвратительное существо парило в воздухе и с виду напоминало нетопыря, но в отличие от прислужников вампиров, он имел изуродованное человеческое тело, а размах крыльев, больше походил на юного дракона.
Прямиком из туловища торчали облезлые руки, покрытые острыми будто саблями, когтями, а рот был окровавлен, словно чудовище не так давно пообедало.
Антонио разглядывал монстра, пытаясь понять, что ему делать: Бежать, сразиться или попробовать договориться.
Из под сморщенных усталых глаз, на него смотрело нечто, неизвестное, то что никогда ему не доводилось видеть. Отчего становилось еще страшнее.
Вокруг запахло болотом, возможно его принес ветер от ближайшего водоема, а быть может, что больше вероятно, этот запах разил от монстра.
- Что ты забыл в моих землях? Человек, - громко спросил монстр. С его прогнившего рта, стекала противная слюна.
- Я иду в Марбург, мне до тебя дела нет, — превозмогая страх, выдавил слова Антимаг.
Монстр недовольно взглянул. Дрожь пробежала по холодным глазам Дорадоса.
- Ты как говоришь со мной? - выругался крылатый.
Он затопал облезлыми ногами, быстренько примкнув к земле. Нервно взмахивал крыльями, в разные стороны. В надежде хоть немного устрашить заблудшего путника.
- Мне нет дел до тебя, еще раз повторюсь, я хочу домой.
- Домой говоришь? А я хочу есть, и что же нам делать? - рассмеялся монстр, сделав шаг вперед.
— Да только, что пожрал, может хватит? — сам того не ожидая рявкнул Антонио, указав на его окровавленную пасть.
— Зайчатина, — аппетитно проговорил он, а затем противно отрыгнул. — Теперь ты полакомиться человеком.
Раздался тихий смех.
- Эй, стой, — недовольно и испугом, ответил Антонио.