Антонио шел в сторону трактира, ведь знал, что именно туда отправился Филипок. Он переживал за друга, боялся что его уже схватили, что слишком поздно.
Улица наполнилась криками.
Люди спорили со стражей, кто-то пытался выгородить своих родных, иные же пытались спасти собственную шкуру.
Антонио вошел в трактир, где уже во всю шел обыск.
Привычный смех, что доносился из таких мест, сменился на крики. Стража обыскала всех. Среди всего прочего, Антимаг заметил друга. Филипок склонился над столом. Его обступили два стража. Антимаг пришел словно в последний момент.
- Вот ты где, — проговорил Антонио, усевшись за стол. Вытерев пот со лба.
Стражи переглянулись и напряглись.
- А ты кто такой?
- Плохо ребята, что вы начальство не узнаете. Антонио Дорадос, инквизитор из ордена Малахии, вот эта грамота подтверждает мои слова.
Он достал из сумки свиток, после чего показал его стражнику.
- И вправду Антимаг.
Стражники засуетились.
- А что это за чудо? Вы его знаете? - стражник указал рукой на Филипка.
- Это друг мой.
- Простите, мы приняли его за колдуна, уж больно похож, бледный какой-то и молчит.
- Он недоразвитый, — тяжело вздохнул Антонио. - Больной с рождения, оставьте его. И вообще идите другие трактиры проверяйте, не мешайте мне.
Стражники торопливо убрались, а Луциан недовольно скривив лицо, возмутился.
- Сам ты недоразвитый, ничего хуже придумать не мог?
- Лучше так, чем на костер, — ухмыльнулся Дорадос.
- Мог бы сказать, что я глухонемой, я именно это пытался изобразить.
- Ну прости, не подумал.
- Антонио, думать это не твое, — вскричал Филипок. - Ладно, с тебя бокал вина, ты проштрафился.
- Вот наглая рожа, я значит ли, спас ему шкуру, а он еще требует компенсации?
- Бокал вина, я жду, — настоял Филипок.
- Вот же наглец.
Луциан ухмыльнулся.
Дорадос достал кошель с монетами и принялся отсчитывать.
Он крикнул трактирщику: Два бокала вина и что-то пожевать.
Мужчина за стойкой добродушно ухмыльнулся, после чего стал разливать в кружки вино. Он с удовольствием принял заказ, ведь местная стража распугала народ, оставив трактирщика без посетителей.
- Сегодня причастие? - спросил Филипок.
- С чего ты взял?
- Инквизиторы хлещут вино, только на причастии и то в стенах храма.
- Это вовсе не вино, а кровь Христа, ладно Луциан, не будем об этом, я не в настроении.
Пока парни вели беседу, к столу подошла молодая женщина, она поставила на стол кружки с вином и тарелки с похлебкой.
- Как говорится, выпивка для страждущих, пища для голодных.
- Благодарю, — ухмыльнувшись, ответил Антимаг.
Женщина подмигнув в ответ, отправилась дальше, к следующим столам.
Антонио поднял бокал и принялся наслаждаться здешним напитком. Его приятно удивил тот факт, что выпивкой почти не отдавало. Само вино больше походило на виноградный сок.
Отставив кружку, он решил отведать здешнюю похлебку. Она напоминала какой-то капустный салат. Кроме нее он там заметил кусочки перца, грибы и нарезанный мелко лук.
Зачерпнув содержимое ложкой Дорадос недовольно скривив лицо, отставил тарелку в сторону.
- Как эту дрянь, вообще можно есть?
- Охохо, привыкший к королевской еде Антимаг, попробовал здешнюю кухню, — рассмеялся Филипок. - Скажи спасибо, что дохлую крысу в похлебке не обнаружил или таракана.
- И тебе приятного аппетита, — холодно ответил Антимаг, после чего примерно минуту он молчал. Антонио опустил голову.
Его губы шевелились, будто он что-то про себя наговаривает. В тоже время на улице продолжались рейды инквизиции, оттуда доносились крики женщин и мужчин.
— Вот это ты устроил Филипок.
— Кто же знал, что так будет. Надеюсь их всех отпустят, а не отправят на кострище.
— И я надеюсь, — проговорил Антимаг, а затем отхлебнув вина, задумался. Он долго молчал, что не осталось незамеченным.
- О чем задумался? - поинтересовался Луциан.
Антимаг устало поднял глаза.
- Если бы я сказал Велименду, что хочу воскресить Квинту, он бы ответил, что это безумие, при этом забывая, что Иисус воскресил Лазаря.
- И я скажу тебе, что это безумие, Квинта не Лазарь, а ты не Иисус.