Глава 26: Пчелы против меда
Она сладко спала, укрывшись теплым одеялом. Что-то бормотала себе под нос и во снах мечтала, о том, как будет снова гордой походкой шагать по улицам Марбурга, а в тронной зале, стоять с важным видом, прямиком возле самого короля.
Ее сладкий сон, прервал голос Антимага.
— Вставай мерзавка!
Едва продрав глаза, она увидела перед собой Дорадоса, позади которого стоял чародей и тюремщик.
— Ты даже не пожелаешь мне доброй ночи? — спросила чародейка, выглядывая из под теплого одеяла. Посмотрев на него, измученным взглядом.
Инквизитор ворвался внутрь камеры, после чего схватив ведьму и прижал к решетке, а затем принялся связывать ей руки.
— Ты что делаешь? — испуганно закричала Асподель. Ее зубы цокотели от страха и жуткого холода. В темнице пахло сыростью.
— Скоро узнаешь, — сказал он, при этом схватив ее за шерстянной свитер, повел наверх.
Она брыкалась ногами, возмущалась, но он молча тащил ее.
— Куда ты меня ведёшь? Мать твою за ногу, — вскричала чародейка.
— Ты что-то сказала про мою мать? — со злостью спросил Антонио.
— Ничего, — опустив голову, ответила Асподель.
— Иди давай, — проговорил Антимаг, пнув ведьму.
— Знаешь Антонио, твое имя говорит само за себя.
— О чем это ты? — Остановив ее, уточнил мужчина.
— Напоминает одно нехорошее слово, но это я так к слову, не принимай на свой счет.
— Поговори мне еще, ведьма.
Он вывел ее на площадь, где собралось два десятка рыцарей.
Асподель всматривалась в глаза воинов, которые едва виднелись под забралом.
— Здесь будут смотрины жениха? Хочу сказать, что я дама замужняя и мне никто не нужен, — со смехом в голосе заявила чародейка.
— Нет ведьма, эти благородные рыцари явно к тебе в женихи не набиваются, они будут сопровождать тебя в твоем пути, последнем пути, — с ухмылкой сказал инквизитор.
— В каком смысле последнем? — встревоженно спросила чародейка, на ее лбу выступил пот.
— Хватайте ее парни.
Два воина схватили ее за руки, на которых виднелись путы, после чего поволокли ее к конюшне.
— Я требую аудиенции с Нейдором. Я советница флавийского короля, а не крестьянская девка, — она безуспешно кричала, и брыкалась ногами, на потеху Антимагу. Никто из воинов ее не слушал, они лишь волокли советницу по темной площади. — Убери свои грубы ручища, и выполняй требования госпожи.
— Ишь чего? — рявкнул один из воинов.
— Куда вы меня тащите?
— Скоро узнаешь, — сказал Антимаг, после чего вскочил на лошадь. Стражники, стали привязывать ее к кобыле.
— Ты собираешься меня убить с помощью лошади? Как в былые времена, казнили колдунов?
— Ты права, так в своей время убивали шаманов и колдунов, а еще страшных и злых ведьм, но это не наши методы, для тебя уготованная более страшная участь.
— И какая же? — спросила Асподель. Она смотрела на свое запястье на котором виднелся антимагический браслет и с ужасом осознала, что эта чертова штуковина, не дает возможности ей колдовать.
— Но, — скомандовал он лошади.
Они рушили. Антонио намерено ехал не очень быстро, чтобы чародейке было трудно устоять на ногах и в тоже время не убить ее.
Покинув город крупным отрядом, они направились в сторону болот.
Чародейка с трудом перебирала ноги, и в какой-то момент Асподель все же упала на землю, разбив себе нижнюю губу о камень. Он остановил лошадь и дождавшись пока она встанет, спросил.
— Нравится?
На ее лице виднелось недовольство. Советница короля скривив лицо взглянула на Антимага.
— Это только начало, — продолжил Антонио.
По губам чародейки стекала кровь, а лицо и платье были испачканы. Она ответила, сквозь боль, смотря в его глаза.
— Ты прав, это начало, твоего конца. Советница с ненавистью скалила зубы, а по ее щекам стекали слезы, что сливались с кровью на губах.
— Но, — вскричал он, и лошадь, что есть сил помчалась в сторону болот.
Кочки, камни, палки, все это почувствовало на себе тело чародейки.
Казалось это не закончится никогда. Она стиснула зубы, чтобы не закричать, но боль вырывалась вихрем из ее уст.
— Антимаг, будь ты проклят.
Асподель закрыла глаза, в надежде, что это скоро закончится.
Боль с каждой секундой становилась все сильнее и сильней, казалось, будто сейчас из ее рта вылетят зубы, она стонала от боли. Складывалось будто эта пытка длилась вечность, она ненавидела его всем сердцем. Вскоре все закончилось. Отряд остановился, на опушке леса, возле мрачного болота. Она не в силах была даже поднять взгляд.