— Мне хватит, — серьёзно ответила Каринка и шмыгнула в проём.
Она оказалась в небольшой комнате, где по стенам шли книжные полки, а на рабочем столе горела небольшая лампа. Там же были аккуратно сложены какие-то чертежи и тетради, на отодвинутом стуле висел свитер, а у ножек стоял чёрный рюкзак. На кровати напротив, застеленной бархатно-синим покрывалом в золотую звёздочку, сидел Теодор Жан в футболке и простых штанах, наверное, спортивных или вроде того. Сидел, скрестив ноги и положив руки на колени, смотрел на карту звёздного неба на стене перед собой и хмурился. Он обернулся на шаги, немного зло уставился на Каринку.
— Ты пришла и мои сны забрать? — враждебно спросил Лёфевр. — Учителя тебе было мало?
— Ничего я не забирала, — буркнула Каринка. — Дмитрий Всеволодович мне просто Университет показывал, он меня вообще кому-то другому отдать потом хочет, если всё выйдет, как надо.
— Да ну? Так я тебе и поверил, — фыркнул Теодор Жан.
— Ну это уж как хочешь, но зачем мне врать? Я в физике, в техномагией этой вашей дуб дубом, куда мне. — Каринка переступила с ноги на ногу. — Вот. И вообще… — Она набрала в грудь побольше воздуха. — Извини, вот, я не хотела тебя обидеть.
— Извинил. — Теодор Жан коротко кивнул. — Можешь идти обратно. — Он отвернулся.
— Дурак ты, — вежливо отозвалась Каринка. — Спокойной ночи. — Подошла к двери, но Лёфевр её вдруг окликнул.
— Почему это я дурак? — немного удивлённо спросил он.
— А вот потому что. Я тебе ничего плохого не хотела, а ты заранее меня во враги народа записал, — пояснила Семиградская.
— Ну и дура, — в тон ей ответил Теодор Жан.
— Чего?! — искренне возмутилась Каринка.
— Никуда я тебя не записывал. — Лёфевр насупился. — Ну чего стоишь, иди уже.
— Ну и пожалуйста, ну и сколько угодно, — торжественно ответила Каринка и действительно направилась к двери, вышла, немного постояла, перед тем как закрыть, вздохнула.
— Ложился бы ты спать, — сказала Семиградская. — От самокопаний толку мало.
— Без тебя разберусь, — раздалось немного надломанное и обиженное. Дверь сама собой захлопнулась, а Каринка виновато повернулась к Авабуши.
— Помогите ему, пожалуйста, — тихо попросила она. — Жалко всё-таки.
— Помогу. — Авабуши тепло улыбнулся. — А тебе пора обратно. Вот твой сон. — Он указал на на дверь цвета морской волны с ручками в виде морских раковин. — До встречи, Карина.
— До свидания, Авабуши. — Каринка помахала ему рукой, ступила на порог…
И тут же проснулась. Будильник на тумбочке показывал час ночи.
— Ну к лешему, — пробормотала Каринка. До подъёма оставалось шесть часов, а спать хотелось.
Глава пятая. Мысли и встречи
Проснулась Каринка совершенно сбитой с толку. Встала она легко, но отдохнувшей себя не чувствовала: уж слишком странные ей пришли сны. Каринка искренне надеялась, что это происходило не в самом деле, но что-то ей подсказывало: это не разыгравшееся сознание, а самый настоящий бог и самый настоящий Тео. Просто… в другом измерении.
Стоп. Что?
Каринка взялась за голову. А что это было за место в таком случае? Вряд ли в антимиры можно попасть так легко… Может, сны тогда — отдельный мир? И мир ли? Каринка крепко задумалась. Коротов, кажется, что-то такое говорил, но не совсем уж подробно. И что теперь делать? Семиградская не знала и знать не то чтобы хотела: ещё хуже будет.
А, может, это просто с утра туго думалось, и поэтому Каринка решила обратиться к чему-то более приземлённому. К злополучной математике.
Вообще-то она предположила, что сгоряча решилась всё бросить и хотел было уже не отдавать заявление, а просто сесть и работать, а потом вдруг забралась с ногами на кровать и подпёрла подбородок ладонями. Припомнит ли ей это Елена Анатольевна? Да запросто, и ещё спляшет на больной мозоли. Одноклассники? Математическая группа ещё как, Каринка знала местных задир, все, кроме Вени, те ещё… Вспомнилось неприятное и всепоглощающее чувство стыда, желание провалиться сквозь землю, не слышать, что ей скажут ещё про то, какая она глупая, не слышать смеха и «Откуда у девочки могут быть мозги?»… Каринка как-то подвергалась травле, будучи маленькой, и очень боялась услышать нечто подобное вновь, а своих одноклассников она знала слишком хорошо… А вообще, так ли Каринке надо учиться именно у Елены Анатольевны? Сколько она её с оценками мучила, сколько унижала, да и не только её, а всех, кто хоть что-то не понимал. Да и толку от таких знаний? На математике свет клином не сошёлся, и ещё четыре предмета ждут своего часа. То есть, Каринка правильно поступает? На мгновение она подумала, что жалко сбегает от проблем, и сделалось ещё стыднее, но Семиградская решила действовать решительно. Откажется — стыда и проблем будет меньше, нервы одни, и их и так есть, куда тратить. Да и вообще, юриспруденция та же — это очень интересно.