— Я бы тоже хотела, — честно призналась Каринка. — Я вообще-то православная, но я честно-честно готова верить в прочих богов, лишь бы им не было грустно. Мне их жалко. Вот в Авабуши я уже верю, тем более что он Тео помогает. И в них поверю.
— Я католик, но мне это не мешает верить в прочих, — улыбнулся Чарторыйский. — Ничего зазорного. — Он прищурился. — У вас доброе сердце, Карина Анатольевна, не каждому дано сочувствовать тому, кто на первый взгляд не так открыт и готов дружить.
— Ну так на мне не написано «Я не сделаю тебе плохо», а Тео, наверное, что-то такое претерпел, — ответила Каринка. — Мало ли. Может, его сверстники обижали, может, ещё что. Говорю же, мало ли.
— Да, помнится, ему было не с кем дружить, — кивнул Адам Адамович.
— Ну вот видите. Это многое значит. — Каринка грустно вздохнула. — Ладно, нехорошо его обсуждать. Вы лучше скажите, что со снами делать, — попросила она. — То есть, я совершенно не против видеть их просто так, но зачем-то же это надо.
— Обычно через сны мы общаемся с другими мирами. С астралом, с книгами, с мёртвыми… Они вообще-то тоже астрал, но выделять всё равно стоит: там много кто живёт, а мёртвые — самые безобидные и разговорчивые, — пояснил Чарторыйский. — Или вот с богами можно встретиться, как вы. Но это нечасто бывает, обычно боги заняты.
— А зачем общаться? — не поняла Каринка.
— Когда помочь, когда узнать что-то, когда просто так, — улыбнулся Адам Адамович. — Смерть — это просто переход, не больше и не меньше. Она не приносит облегчение, она не делает больно, она не решает ничего, она лишь… состояние. Можно сказать, агрегатное, как газ или жидкость, например. А мирские заботы, переживания, страдания — всё это остаётся там.
— То есть, вы хотите сказать, что Павел Первый до сих пор мучается из-за заговора? — переспросила Каринка.
— Ну вроде того. Ему до сих пор больно и страшно. И очень обидно. — Чарторыйский немного виновато посмотрел на неё. — А Николай, его сын, до сих пор жалеет, что оставил Александру страну… такой.
— Жутко. Всю жизнь думать, что отдохнёшь, и вот так… — Каринка нахмурилась. — А сновидящие, они для них что-то вроде психологов? Чтобы выслушать и поддержать?
— Когда как, — ответил Адам Адамович. — Слышал, что некоторые сновидящие подпитывали слабых своей энергией. Это опасно, конечно, вам я такое не советую, но тем не менее. А кто-то книги пишет, например. Или рисует. Это тоже помощь, только немного другая.
— Я тоже хочу помочь тогда! — воодушевлённо сказала Каринка. — Правда, очень хочу! Знаете, мне всегда нравился Карл Первый Стюарт…
— К нему и отправился, — решил Чарторыйский, поднимаясь. — Признаться, я думал обойтись теорией, но нет ничего лучше, чем понять её на практике! Идёмте скорее. — Протянул руку.
— Идёмте. — Каринка улыбнулась и последовала за ним в длинный тёмный коридор.
Кажется, теперь её путешествие по-настоящему началось.
Автор приостановил выкладку новых эпизодов