Теперь Элеонора стала вполне обеспеченной женщиной, и тут же ее первый муж Ревель появился откуда ни возьмись, прикинувшись обманутой и брошенной жертвой смещенного с трона тирана, и начал шантажировать бывшую жену. Он утверждал, что Наполеон в свое время специально бросил его в тюрьму, чтобы овладеть его женой, и даже подал на нее в суд, но его подмоченная репутация сыграла с ним дурную шутку, и нелепый иск был отвергнут. Двадцать шесть лет супруги фон Люксбург жили в Германии, а затем переехали в Париж, куда Карл-Август был назначен баденским посланником.
Граф фон Люксбург дожил до 1849 года, а Элеонора — до 30 января 1868 года. Она умерла в Париже в возрасте 81 года и была похоронена на кладбище Пер-Лашез.
А что же Леон? Опекуном его, как уже говорилось, был назначен барон де Мовьер. В 1812 году Леон вместе с детьми де Мовьера посещал учебное заведение Икс на улице Матиньон в Париже, а когда император возвратился с Эльбы, его воспитание взяли на себя мать Наполеона и его дядя кардинал Феш.
С раннего детства Леон обнаружил буйный и непокорный характер. Он был как две капли воды похож на своего отца в детстве, что особенно умиляло его бабушку Летицию Бонапарт.
В январе 1814 года Наполеон добавил к пенсии Леона еще 12 тысяч франков, а в июне 1815 года подарил ему десять акций одной компании общей стоимостью в 100 тысяч франков. В своем завещании на острове Святой Елены Наполеон также позаботился о Леоне, которому уже минуло 15: ему была выписана пенсия в 300 тысяч франков.
Достигнув совершеннолетия, молодой граф Леон стал вести распутную и расточительную жизнь. Да, внешне он был очень похож на отца, но при этом он был патологический бездельник и неисправимый игрок. Как следствие, через десять лет от его состояния не осталось ни франка.
В 1832 году граф Леон «отличился» тем, что дрался на дуэли в Венсенском лесу с адъютантом герцога Веллингтона Гессом и убил его. В 1834 году он был назначен командиром батальона Национальной гвардии Сен-Дени, но вскоре его изгнали с этого места «за небрежное отношение к служебным обязанностям».
Биограф Наполеона Гертруда Кирхейзен пишет:
«Он считал, что в качестве сына великого человека он имеет полное право на выдающуюся роль в обществе, не заслужив этого исключительного положения собственными силами. Воспитанный в блеске и роскоши, избалованный и захваленный с детства, он вырос окончательно испорченным человеком. Деньги не имели для него никакой цены, пока он мог разбрасывать их полными пригоршнями. Они текли у него как вода сквозь пальцы. В одну ночь он проиграл однажды сорок пять тысяч франков, а в другой раз — шестнадцать тысяч франков. Никаких, даже очень значительных сумм ему не хватало на его расточительную и полную приключений жизнь, которая протекала у него по большей части за кулисами театров и в будуарах дам легкого поведения. Он беспрестанно осаждал всех членов императорской семьи своими денежными требованиями. <…> Наконец, в 1838 году он попал за долги в тюрьму в Клиши, где он и пробыл в течение двух лет».
Выйдя из тюрьмы, граф Леон не стал более благоразумным. Он поселился на улице дю Май у некоей мадам Лезьё и ее мужа, но этот «тройственный союз» оказался недолгим. Спасаясь от преследований полиции, Леон уехал в Англию. В Лондоне он явился к принцу Шарлю-Луи-Наполеону, сыну Гортензии де Богарне и будущему императору Наполеону III, и принялся вытягивать из кузена деньги. Дело чуть было не завершилось дуэлью, которая уже была назначена в Уимблдоне: секунданты Шарля-Луи-Наполеона принесли две шпаги, а секунданты Леона — два пистолета. Но кровопролития не допустила полиция. Выдворенный обратно во Францию, он начал судебную тяжбу против своей матери, графини фон Люксбург, выиграв у нее 2 июля 1846 года пенсию в 4 тысячи франков. В этом он проявил себя не меньшим подлецом, чем Ревель, но гораздо более удачливым, чем он. А еще у него хорошо получались ехидные и злобные мемуары, которые стали приносить деньги, которые, впрочем, тут же проматывались в азартных играх.
После того как к власти пришел Наполеон III, граф Леон неоднократно пользовался своим высочайшим родством, чтобы добиваться субсидий на оплату своих долгов. Без всякого стеснения он получил от человека, которого 12 лет назад хотел убить на дуэли, 6 тысяч франков пенсии и 225 тысяч франков капитала. Поведение Леона Денюэлля было столь нелепым, что можно было заподозрить в ущербности его психику. Известно, например, что он называл сам себя не просто сыном императора Наполеона, но и директором некоего Общества мира.