– Сейчас придет охрана, – глядя на нее снизу вверх, предупредил губернатор. – Знаешь, что я с тобой сделаю?
– Ты отослал охрану, – спокойно напомнила Карен. – Ничего ты мне не сделаешь. Вот, послушай… – Она достала из кармана небольшую коробочку, щелкнула кнопкой…
«…Премьер – смирный старикан, он в мои дела не суется, —услышал губернатор подозрительно знакомый голос. – Между нами, он выжил из ума, потому я его и терплю… Он хронический импотент, поняла? (Смех.) Не езди в Соледад, там красивым женщинам делать нечего…»
– Разумеется, это не единственный экземпляр. – Выключив звук, Карен безжалостно улыбнулась. – Есть еще. Если со мной что-нибудь случится, Премьер-Губернатор в два счета получит копию.
– Это была просто шутка… – Его бросило в жар.
– А ваш Премьер понимает такие шутки?
…Шуток старик не понимал. И очень не любил, когда кто-нибудь говорил вслух о его слабостях…
– Это шантаж!
– Ты угадал. Харо, я проведу в Чантеоме столько времени, сколько захочу. И ты не будешь лезть в мои дела, а также не будешь мешать мне встречаться с Илси. Сейчас я ухожу, ты малоинтересный собеседник.
Она пересекла холл, дернула дверь. Губернатор с ненавистью смотрел на ее затылок.
– Ты отопрешь дверь или я должна ее выломать? – осведомилась Карен, полуобернувшись.
– Посмотрю я, как ты ее выломаешь! – процедил губернатор. Несмотря на поражение, ему хотелось сохранить лицо.
– Посмотри.
К изумлению губернатора, она вышибла дверь умело, с первой попытки… Быстрые шаги затихли в коридоре. «Хорошо, что ушла…» – с облегчением вздохнул Харо Костангериос. Потом его охватила ярость: где охрана?! Неужели никто не слышал шума?.. Он добрался, пошатываясь, до лестницы, спустился на первый этаж. Охранники завороженно уставились на него, словно увидали привидение.
– Господин Костангериос, что с вами? – робко спросил кто-то.
…Проклятые олухи! Их босса чуть не убили, а им хоть бы что!..
– Всех вас гнать надо, сукины дети! – прошипел губернатор. – У вас форма грязная! Мне такие телохранители не нужны! Я устрою, что вас теперь никто на работу не возьмет! Я вам устрою…
Он пошел обратно и на лестничной площадке наткнулся на Илси. Девчонка замерла, широко раскрыв глаза.
– Ты дрянь! – брезгливо бросил губернатор. – Шляешься с кем попало по всяким притонам! Марш в комнату!
Илси исчезла, зато из коридора вынырнула Лионелла. Когда она взглянула на брата, ее рот приоткрылся, а выщипанные брови поползли вверх.
– Ну, что за невидаль увидела? – грубо осведомился губернатор.
– Харо, тебя избили?
– С чего ты взяла? – Он с недоумением покачал головой и коротко рассмеялся, желая показать, что ее предположение неуместно. – Что ты несешь, кто бы осмелился меня избить? Думать надо!
Сверхъестественная проницательность Лионеллы его испугала, даже ярости поубавилось… Ни одна живая душа не должна узнать о том, что произошло в холле на третьем этаже!.. Поднявшись к себе, он связался по телефону с прислугой и велел подавать ужин в кабинет. Лакей, вкативший сервированный столик, тоже посмотрел на него странно… Неужели кто-то из домочадцев шпионил за ним, невзирая на запрет? Ладно, он с ними разберется… Без аппетита глотая пищу, губернатор размышлял о том, что теперь делать… Карен опасна. У нее в руках компромат, и, кроме того, она может его убить – так же, как убила несчастного Мехтобия. На охрану полагаться нельзя. Обратиться к спецам из Валенийской Службы Безопасности? Гм, если сказать им, что был анонимный телефонный звонок и его предупредили о возможном покушении… Харо Костангериос не любил связываться с ВСБ – та подчинялась непосредственно Премьер-Губернатору; именно благодаря этой организации Премьер контролировал всю планету, а губернаторы областей находились у власти лишь до тех пор, пока были для него удобны… Надо действовать с умом, чтобы старик не усомнился в лояльности губернатора Чантеомы. Ни слова про Карен! Некто ему угрожает, его жизнь в опасности, и все…
Покончив с едой, губернатор раздраженно оттолкнул столик, отъехавший на середину кабинета. Рассеянно взглянул в зеркало: лицо около левого глаза испачкано чем-то темным. Подойдя ближе, застыл на месте… Только этого не хватало! Ведь ему завтра выступать на церемонии открытия карнавала, при громадном стечении народа!.. «Мерзавка! – прошептал он в отчаянии. – Паршивая шлюха, стерва, шантажистка…»
…Губернатор с фингалом – это нонсенс. Придется теперь всем объяснять, что упал с лестницы…
Глава 6
Издалека доносилась бравурная музыка, по улице то парами, то небольшими группками проходили люди в масках, с нашитыми на одежду разноцветными лентами… Карнавал! Раглосса не знает таких варварски-красочных праздников… Зеруат колебался: с одной стороны, лучше бы остаться дома, но с другой – скоро этот мир исчезнет, и тогда он будет единственным выжившим очевидцем. Его тянуло в город. Хотелось лишний раз убедиться в том, что Валена – агрессивная планета, население которой заслуживает кары. Собственно говоря, Зеруат в этом не сомневался, но в последнее время его все чаще одолевало навязчивое желание получить как можно больше доказательств своей правоты. Поэтому он позволил сотрудникам «Антираспада» уговорить себя… Остальные эмиссары ни о чем не подозревают, это будет безопасная прогулка… Норберт сел за руль, плотный, круглолицый компьютерщик занял место рядом с ним. Зеруат и чернокожая женщина-директор устроились на заднем сиденье. Зеруат отметил, что кобуру надела женщина – значит, сегодня охранять его будет она… Ничего, она тоже выглядит энергичной и решительной… Когда машина выехала на улицу, он увидел на тротуаре слева двух плохо одетых краснолицых мужчин – те стояли друг против друга и, похоже, ссорились. Губы Зеруата тронула грустная мудрая усмешка: да, это безнадежно испорченный мир… Приговор отмене не подлежит!
Норберт затормозил у ворот Омунсонского парка, на набережной Чанта. Машин тут стояло много, он с трудом отыскал свободное место для «Хезнара». Не будь арендованный «Антираспадом» электромобиль малолитражным (что бы это древнее слово ни означало), нипочем не удалось бы втиснуть его между эллипсовидным четырехместным магнитопланом и престижным паровым лимузином с позолоченными ручками на дверцах.
Омунсонскому парку было больше тысячи лет. Причудливые полупрозрачные строения, видневшиеся за серыми, лишенными листвы деревьями, помнили целый сонм императоров. Казалось, они изваяны изо льда – голубоватого, красного, молочно-белого. Сейчас там располагались игровые автоматы, выставки и недорогие кафе – последнее обстоятельство и привело сюда сотрудников «Антираспада». По случаю праздника Аманда выдала Норберту с Олегом по десять валедоров, сама тоже взяла некоторую сумму, и вся компания отправилась развлекаться. Гестен, увидев сквозь решетку, сколько людей толпится в аллеях парка, непроизвольно попятился к машине, однако Аманда подхватила его под руку и обворожительно улыбнулась:
– Господин Гестен, с вами ничего не случится, я вас охраняю. Пойдемте туда!
– Но со мной коробка… Никто не должен к ней прикасаться! Толпа опасна, я предпочел бы Норберта…
– Господин Гестен, я тоже телохранитель с большим опытом и справлюсь не хуже Нора… – Голос Аманды звучал ласково и убедительно. – Идемте!
Вскоре они исчезли за чужими спинами.
– А ты понял, почему она сама взялась стеречь клиента? – тихо спросил Олег.
– Ага. Чтобы перекусить за его счет. В нашем положении это простительно…
Они поднялись на второй этаж красного павильона и взяли по банке шипучей «алмазной росы». Мир за толстой стеклянной стеной был окрашен в багровые тона; Норберт рассеянно глядел на толпу, на деревья, на парящие в воздухе гирлянды блестящих шариков… и вдруг прищурился.
– Слушай, подожди меня здесь, посторожи мою банку.
Сбежав вниз по спиральной лестнице и свернув в боковую аллею, он понял, что не ошибся: так и есть – Илси и Карен.
– Привет!
– Привет, Нор!
Сестра обрадовалась, ее спутница поздоровалась, приветливо улыбнувшись. Норберт смотрел на Карен оценивающе, с долей настороженности – и, похоже, та уловила его отношение…