– Это господин Ларре, наш начальник, – показав на него, официальным тоном произнесла Аманда. – А это капитан Клекнас, владелец торгового магнитоплана, и его помощники – Вевегер, Зео.
Обменялись приветствиями. Клекнас смерил «начальника» настороженным взглядом, словно прикидывал, не безопасней ли будет пойти на попятную. Норберт и сам сознавал, что человек слабонервный вряд ли захочет с ним связываться: в черной куртке, украшенной блестящими заклепками в виде черепов, с шипастыми браслетами на запястьях, он производил устрашающее впечатление – в соответствии с пожеланиями клиента. На бедре висела кобура с бластером, под мышкой – кобура с импульсным пистолетом… Минуты две капитан Клекнас откровенно колебался, потом все-таки принял решение:
– Магнитоплан готов к вылету, можете подняться на борт. По мне, так тянуть нечего. А ученый – вон тот, что ли, старикан?
– Это наш научный руководитель. – Аманда понизила голос– Профессор Бегориус – оторванный от жизни исследователь, непрактичный такой, вы же понимаете, ему лишь бы что-нибудь древнее раскопать. Ему незачем вникать в подробности нашей сделки.
– Понимаю, – хитровато подмигнул Клекнас.
Непрактичный профессор Бегориус, он же Гестен, стоял в сторонке вместе с Олегом и глядел, щурясь, на город. Несмотря на то, что было тепло, он то и дело зябко ежился.
– Норберт! – позвал он вдруг, нетерпеливо и раздраженно. – Идите сюда, пусть Аманда сама все устраивает! Не отходите от меня далеко.
Когда телохранитель встал у него за спиной, он немного успокоился, хоть и продолжал озабоченно озираться. Аманда вместе с Клекнасом и его помощниками исчезла в ангаре.
– Надеюсь, они недолго провозятся, – ворчливо заметил Гестен. – Когда я о говорю о чем-то, что оно важно, – оно действительно важно, и я хочу, чтобы меня понимали с первого раза. Ни в коем случае нельзя задерживаться. Боже, смотрите! – Его строгий, непреклонно-настойчивый голос вдруг сломался, и последние слова прозвучали хрипло, с дрожью.
Норберт повернулся: на площадку перед ангарами только что опустился большой магнитоплан, из него высыпало шесть-семь человек в одинаковых шлемах и прикрывающих лица ажурных серебристых масках – все были вооружены, все выглядели сильными и тренированными.
– Не делайте резких движений, но будьте готовы, – еле слышно приказал Гестен.
– Понял.
Он не сомневался, что сумеет мгновенно выхватить бластер и попасть в цель – не зря ведь упражнялся пять месяцев! Он уже не тот, каким был на Валене.
– Полиция? – тихо спросил Олег.
– Денорцы, – отозвался Гестен. На лбу у него выступила испарина.
Денорцы же не обратили на них внимания. Один властным окриком подозвал механика, что-то объяснил, указав на свой магнитоплан, после чего оба забрались в машину, и та гигантской темной улиткой вползла в ангар. Остальные направились к двухэтажному стеклянному ресторану на отшибе. Встречные уступали им дорогу.
– Властители Вселенной! – иронически усмехнулся Гестен; в его голосе странным образом смешались облегчение и пренебрежение. – Они про нас не знают. Наше главное оружие – осторожность и предусмотрительность, поэтому вы должны принимать к сведению мои советы!
– Зачем у них эти штуки на лицах?
– Боевые маски. Генерируют защитное поле – это удобнее, чем обычный щиток. Иногда денорцы носят их просто так, потому что любят внешние эффекты. – Из его горла вырвался сухой, язвительный смешок. – Это не простые граждане Денора – олигархи, элита! Правители! Для них самое большое удовольствие – с кем-нибудь подраться, для того они и летают на Рчеад. Еще за полезными ископаемыми, но я подозреваю, что это второстепенная цель. Цивилизованные дикари! Настоящий правитель не пускает пыль в глаза, а манипулирует людьми тихонько, исподволь. Он должен быть человеком незаметным, мудрым, осторожным…
– Вроде вас? – ляпнул Норберт.
Гестен дернулся, будто ему за шиворот бросили льдинку, поджал губы и сухо произнес:
– Ребяческое остроумие. Лучше бы вы от него воздержались. И смотрите по сторонам, вы – мой телохранитель, а не турист!
– Каким образом маска генерирует защитное поле? – примирительным тоном спросил Олег.
– Маска – часть шлема, ее можно включать или выключать, – после паузы пояснил Гестен. – Все вместе – весьма сложный прибор. Когда он включен, голова становится практически неуязвимой. Денорцы сохранили многое из древних знаний и кое-что разработали сами. Заметьте, все это не мешает им быть агрессивными варварами!
Вскоре из ангара выполз неказистый, кое-где помятый магнитоплан Клекнаса. Открылась дверца, Аманда пригласила всех внутрь. Разместились в общем салоне. Впереди находилась кабина пилота, сейчас там сидел перед приборной панелью Зео. За салоном – коридорчик, по обе его стороны располагались четыре крохотные каюты (одну занимал капитан, другую – помощники, еще две – для пассажиров), душевая, туалет и кухня. Коридорчик упирался в дверь, которая вела в грузовой отсек.
– В космопорт? – спросил Клекнас.
– Да, и побыстрее, – нервно потребовал Гестен.
Капитан вопросительно взглянул на Норберта. Сообразив, что указаний ждут от него, тот кивнул. Включились ионные двигатели. Вибрируя, как в агонии, магнитоплан поплыл наперерез восходящему солнцу и влился в поток летательных аппаратов, которые двигались над крышами кодорелской столицы по направлению к космопорту. Небо, испачканное хаотичными мазками темного пурпура, казалось задымленным (утром Гестен объяснил, что так и должно быть, – здесь более сложный состав атмосферы, чем на Валене, что влияет на преломление света). Горизонт находился чересчур далеко, мир внизу выглядел удручающе необъятным, но вскоре зрение Норберта смирилось с этим фактом. Вот с тряской смириться было труднее: валенийские магнитопланы (или, точнее, лидонские и алзонские – их импортировали оттуда) летали ровно, с еле ощутимой вибрацией.
– Аманда, – лязгая зубами, выдавил изжелта-бледный Гестен. – Эта машина, которую вы наняли… далека от совершенства.
– Зато сэкономили! – пихнув Норберта локтем в бок, подмигнула Аманда. И громко добавила: – Это техника местного производства, профессор, ничего не поделаешь.
– А местная промышленность не выпускает чего-нибудь покомфортабельней?
– Это очень хороший магнитоплан! – вмешался капитан Клекнас– Обычно они тридцать лет служат, потом идут в разнос, а мой уже полвека протянул!
– Полвека? – насторожился Норберт. – Рекордный срок для магнитоплана. Почему вы не купите новый?
– Этот – счастливый, он приносит удачу. Нас ни разу не сцапали.
– Кто вас ни разу не сцапал? – Встрепенувшись, Гестен] впился проницательным взглядом в невыразительное, покрытое пигментными пятнами лицо Клекнаса.
– А никто – ни тигонцы, ни денорцы, ни бекры! Ни даже слакиане, которые к нам за рабами прилетают, хотя до ихней трахнутой планеты отсюда целый год лету. Я ведь везде торгую – то там, то тут. Ежели страна вроде Кодорела, можешь не бояться, что тебе инопланетяне дадут по башке, здесь они из рамок не выходят. А в южных широтах, куда вы собираетесь, от них никакого спасу нет. Там они, считай, хозяева.
Некоторое время Гестен молча трясся в своем кресле, и наконец тусклым голосом вымолвил:
– Что ж, хорошо, что у вас счастливая машина. Удача – это именно то, что нам понадобится.
Приземлились на стоянке около космопорта. Погрузка проходила довольно-таки суматошно – как и любое дело, которым руководила Аманда, – но до обеда управились. Дождались того момента, когда корабль стартовал (Гестен хотел лично удостовериться, что все в порядке), после чего сразу взлетели и взяли курс на юг. Клиент больше не жаловался на неудобства – полулежа в мягком кресле с протертой до дыр обивкой, он сосредоточенно думал о чем-то своем, прикрыв глаза. По его утомленному лицу скользили солнечные блики, но он не обращал на них внимания.