Бросив последний взгляд на котлован — среди раздробленных кусков льда уже виднелись отливающие металлом синевато-серые крыши древних строений, — Харо Костангериос приказал пилоту лететь в город. Выборы приближаются, надо встречаться с избирателями, обещать, улыбаться, опять обещать, давать интервью — расслабится можно будет потом, после победы! Рассеянно глядя на проплывающий за иллюминатором облачный кисель, он откинулся в кресле, поправил парадное жабо. Хорошо, что он так своевременно получил информацию о зонде Нуль-Излучателя!
Глава 15
Вид, открывающийся с балкона отеля, не сулил прибывшим на Хальцеол инопланетным туристам мирного отдыха: среди зданий, облицованных поблескивающей на солнце плиткой, попадались частично разрушенные, вдоль тротуаров торчали огрызки деревьев, покрытие улиц во многих местах было на совесть разворочено. В городе полным ходом шли восстановительные работы. Вдали виднелись горы: этакий вздыбившийся хаос вещества — серого, светло-желтого, кремового, ржаво-коричневого тонов, с беспорядочно разбросанными пятнами зелени. Увеличив резкость, Норберт заметил, что по рассекающим камень извилинам как будто ползает нечто, не отличимое по цвету от окружающего фона и при этом достаточно крупное. Или ему показалось?
— Нор, дай посмотреть! — жалобно попросила Илси.
Он протянул ей бинокль и вновь окинул взглядом живописно изуродованный городской ландшафт.
— Что у них тут было — природные катаклизмы или вторжение из космоса?
— Революция… — пожал плечами плотный, низенький бизнесмен с Лидоны, чернокожий, как и Аманда, с которым «Антираспад» познакомился на борту гиперлайнера. — Хальцеолийцы сами все разнесли, и продолжали бы до сих пор, если б денорцы не вмешались.
— А по какому поводу революция? — полюбопытствовал Норберт (его, как несостоявшегося историка, всегда интересовали такие факты).
— Бестолковое правительство, расшатанная экономика, общее недовольство. На Хальцеоле доминировала государственная форма собственности, вся власть принадлежала управленческому аппарату. Нам, жителям цивилизованных миров, трудно такое представить.
— Вам-то, может, и трудно, — угрюмо проворчала Аманда, — а нам запросто. У нас на Валене то же самое.
— Вот-вот, здесь, как на Валене! — обрадовавшись, что собеседники так быстро уловили суть, кивнул лидонец. — Это общая участь всех планет, которые раньше находились в личной собственности императоров. Местные власти перегнули: перестали платить зарплату работникам государственных предприятий, вместо этого ежедневно выдавали скудный продуктовый паек, а деньги пускали в оборот на внешнем рынке. Если б я поступал так со своими сотрудниками, мои коллеги решили бы, что я спятил! — Он усмехнулся и развел руками. — Такая извращенная форма бизнеса типична для миров вроде Хальцеола или Валены.
— А то мы не знаем, — буркнула Аманда.
— Вот и начались беспорядки, — покосившись на нее с недоумением, продолжил лидонец. — Рядовые хальцеолийцы громили все подряд, власти, в свою очередь, занимались тем же самым. Хорошо еще, что до нашего офиса не добрались! Они даже частично разрушили систему, которая защищает столицу от проникновения рушанов. Большая глупость!
— А кто это — рушаны? — спросил Олег.
— Животные такие, — не отнимая от глаз бинокля, отозвалась Илси. — Здоровенные и злющие.
Норберт слегка удивился: оказывается, сестра знает что-то, чего не знает он! А лидонец вернулся к своему повествованию:
— Денорские олигархи заинтересовались Хальцеолом именно из-за рушанов: охота на них — очень опасное занятие, даже если вы хорошо вооружены. Полтора года назад Денор заключил договор с правительством Хальцеола: со стороны Денора — экономическая и военная помощь, со стороны Хальцеола — безвизовый режим для граждан Денора, которые прилетают сюда охотиться. А когда здесь все полетело кувырком, денорцы захватили власть на планете и объявили Хальцеол своим сателлитом.