Постояльцев в отеле было немного — социальные потрясения отпугивали инопланетян, и те без острой необходимости Хальцеол не посещали, а денорцы, как объяснил администратор, жили в своих собственных отелях-дворцах на северной окраине города. Пройдя несколькими безлюдными коридорами и лестницами, отделанными приятно прохладным полированным камнем, Норберт и Илси вышли на улицу. Разбитую стеклянную стену первого этажа прикрывал покарябанный пластиковый щит, на желтовато-белом тротуаре блестели в пыли крохотные осколки, темнели бурые пятна. Норберт подобрал один осколок и внимательно рассмотрел: сверхпрочное многослойное полимерное стекло. Значит, сюда угодил по меньшей мере снаряд. Отряхнув руки, он огляделся: впереди, метрах в двадцати от здания отеля, тротуар обрывался и начиналось непролазное месиво камней, глины, бесформенных обломков все того же тротуара. Прохожие осторожно пробирались вдоль стен. Норберт с сомнением взглянул на свои дорогие лакированные ботинки: пожалуй, Илси поступила практично, отказавшись переобуться.
— За две недели могли бы и починить, — пробормотал он вслух, высматривая обходной путь.
— Так это было позавчера ночью, — приостановился только что одолевший пересеченную местность смуглый хальцеолиец средних лет. — Заминировали, оно и рвануло… — И добавил с оттенком гордости, которая Норберту показалась абсурдной: — Наши подпольщики!
Норберт и Илси пошли в другую сторону, где дорога была в порядке. На стенах домов белели свежие листовки с призывами «свергнуть инопланетных захватчиков и продолжить революцию до победного конца».
— До победного — это означает до какого? — наморщила лоб Илси. — Чтобы от этой планеты вообще ничего не осталось?
— Думаю, да, — согласился Норберт.
По улицам гулял сухой теплый ветер, растрепавший светлые волосы девочки. Наземного транспорта почти не было, если не считать машин на магнитных подушках — именно такое такси доставило их на рассвете из Гипортала в отель. Повышенного внимания Норберт и Илси не привлекали: двое инопланетян (их одежда заметно отличалась от хальцеолийской) бродят по городу и глазеют на местную экзотику. То, что они вооружены, никого не волновало; здесь нередко можно было встретить прохожего с кобурой. Оккупировав Хальцеол, денорцы не стали запрещать местному населению носить оружие — Норберт отметил это как любопытную деталь.
Добравшись спустя три часа до южной окраины, они увидели вблизи горы — круто вздымающиеся к небесам, наползающие друг на друга, словно тут порезвился гигантский взбесившийся экскаватор. Пятна зелени оказались непролазными с виду зарослями. Между городом и необитаемой местностью протянулась бетонная полоса двадцатиметровой ширины, утыканная одинаковыми металлическими кустиками.
— Что это такое? — спросил Норберт у хозяина маленького кафе под навесом, куда они с Илси зашли пообедать.
— Защита от рушанов.
Заняв крайний столик, они заказали три вида прохладительных напитков и блюдо из сырых овощей с тушеным мясом.
— Что-то ни одного рушана не видно, — поглядев на горы, заметил Норберт.
— У них мимикрия, — авторитетно пояснила Илси. — Надо присматриваться, тогда заметишь. Знаешь, что в них самое противное?
— Что?
— Слишком много конечностей, и, если вырубишь одну, он тебя тут же другой хватает.
— Постой, откуда ты все это знаешь?
— Они были в Тренажере. Ненастоящие. Тридцать два раза меня убивали. — Подумав, она добавила: — Не всерьез, а так считалось. На самом деле только царапины оставались, но Тренажер быстро все залечивает.
— Рушаны большие?
— С двухэтажный автобус.
Они разговаривали вполголоса и выглядели вполне респектабельно — Норберт пару раз покосился на отражение в зеркальной подпорке, поддерживающей навес. Трудно сказать, чем они не понравились компании развязных молодых людей лет двадцати — двадцати пяти, подъехавших к кафе на двух отливающих золотом машинах. Возможно, те в принципе недолюбливали инопланетян, возможно, на них произвела впечатление внешность Илси. Когда парни, ухмыляясь, обступили их столик, Норберт сразу понял, что драки не миновать, зато Илси удивленно моргала: в ее жизненном опыте такие прецеденты отсутствовали.
— Какая крошка сидит. — И один из них положил руку ей на грудь.
Девочка растерянно посмотрела на Норберта — она пока не знала, как реагировать.
— Убери лапы от моей сестры, ублюдок, — потребовал Норберт, прикидывая, как бы незаметно выхватить пистолет.