Отметив, что из-за нервного напряжения Нилсак начал выражаться не просто фигурально, а нудно и цветисто, Премьер вырубил питание видеофона. Не имеет значения, что там, внизу, происходит. Валена обречена. Скоро Норберт и Илси уничтожат ее. Но Харо Костангериос перехитрил своих деток — ведь он находится не на Валене, а в космосе, на борту премьерской яхты.
О том, какие планы вынашивают эти мерзавцы, ему сказал профессор Улервак, психиатр. Премьер не прогадал, обратившись за консультацией к знаменитому специалисту по тайникам человеческой души. Покинув Хрустальный Дом, он связался с экипажем яхты и велел готовиться к старту, а сам отправился в Венеду за Улерваком. Ему нужен был кто-нибудь, способный предугадать дальнейшие действия Норберта и Илси, которые завладели Нуль-Излучателем.
Профессор выдал подробнейшие комментарии с большим количеством специальных психиатрических терминов, которых Харо Костангериос не запомнил. Однако суть Премьер уловил: Норберт хочет убить его, так как всякий мальчишка тяготеет к убийству родного отца; Илси, с ее извращенной психикой, тоже хочет убить его, и это вполне закономерно. Оба отмечены печатью вырождения, сомневаться не приходится. Тут Премьер запротестовал: это же его родные дети, уж не хочет ли профессор сказать, что сам он тоже… Улервак успокоил его, объяснив, что нормальных людей вообще не бывает, каждый человек имеет те или иные психические отклонения. Да-да, каждый! Харо Костангериос кивнул, про себя подумав: «Каждый, но не я». Все дело в том, что у Норберта и Илси эти отклонения выходят за рамки допустимого. Оба склонны к самоцельному дьявольскому разрушению. Вам нужны доказательства? Пожалуйста: Норберт вас шантажировал, а Илси зверски убила санитара в клинике. Кроме того, добавил Улервак, обратите внимание на внешность своей дочери: она очень красива и у нее глаза редкого цвета — явные признаки дегенерации; на древней Земле женщин вроде нее объявляли ведьмами и сжигали, и это было правильно — человечество таким образом самоочищалось. Разумеется, они воспользуются Нуль-Излучателем, подытожил психиатр, и в первую очередь уничтожат Валену, чтобы разделаться с вами.
Премьер-Губернатору оставалось только порадоваться, что судьба подарила ему столь ценного советчика. Вместе с Улерваком он поднялся на борт яхты, которая сразу же стартовала. Когда Валена погибнет, придется лететь к Каледонии — это ближайший обитаемый мир. Ничего! Главное, что Харо Костангериос перехитрит чертовых деток и останется жив. Он богатый человек. Деньги, которые ему удавалось… урывать от государственных ассигнований на те или иные нужды, он хранил в инопланетных банках или вкладывал в ценные бумаги. Он начал заниматься этим давно, еще до того, как занял пост губернатора Чантеомы, и сейчас обладал недурным капиталом. Что бы ни случилось с Валеной, он не пропадет.
Несмотря на это, мысль о Норберте заставляла его испытывать глубокую горечь. Илси — другое дело, он ее никогда не любил. Но ведь Норберт — сын Петры, и когда-то Премьер думал, что парень пойдет по его стопам. Однажды он попробовал доказать Улерваку, что мальчишка вовсе не хочет его убивать, но профессор был неумолим и выдвинул с десяток доводов, подтверждающих, что Норберт не может не желать его смерти. Скрепя сердце, Харо Костангериос смирился с болезненной правдой. Психиатр — специалист, он знает, что говорит!
Оставшиеся на Валене члены правительства и закулисные советники по несколько раз в сутки пытались с ним связаться: эти обреченные хотели, чтобы он уладил конфликт с Денором, рассмотрел то, утвердил се, но Премьер посылал всех подальше и пил. Иногда беседовал с профессором, иногда затаскивал к себе в постель кого-нибудь из женского персонала яхты. Скоро Валена исчезнет, и ему хотелось собственными глазами увидеть, как это произойдет. Улервак сказал, что это вполне естественное для человека желание.
Глава 21
До Лау-059 оставалось несколько часов полета.
— А еще говорят, что вас, землян, нельзя подкупить, — проворчал Мартин Паад, глядя с прищуром на экран, усеянный красными огоньками, обозначающими чужие корабли.
— Везде есть отдельные коррумпированные личности, — пожал плечами Аркадио Тезарини, землянин.