— Ага… — Норберт зевнул — хотелось спать.
— Тогда пошли, принесем его в салон. На всякий случай!
— Гестен не обрадуется.
— Потерпит. Идем, Нор!
— Я лучше отдохну, не выспался.
— Ладно, я сама!
Обогнув его, Аманда с грохотом раздвинула створки двери, ведущей в грузовой отсек. Норберт вошел в каюту, сбросил ботинки, забрался, цепляясь за привинченные к стене скобы, в верхний гамак. Сквозь дрему он слышал шум в коридоре (видимо, Аманда волоком тащила по полу контейнер с тяжелым пулеметом), а после истерично-высокий, негодующий голос Гестена (так и есть, угадал!). Потом отключился.
Омерзительное орудие убийства, варварское изобретение инженеров канувшей в небытие агрессивной Империи лежало на полу посреди салона. Зеруат старался на него не смотреть. Кроткого, не склонного к насилию раглоссианина пулемет оскорблял одним своим видом, но объяснять это дикарям было бесполезно. Невзирая на его настойчивые требования, директор «Антираспада» отказалась убрать с глаз долой эту гадость, заявив, что магнитоплан скоро подвергнется атаке — у нее, мол, интуиция. Глядя в иллюминатор на белые, тронутые слабой желтизной горы (иные из них были увенчаны яркими снежными шапками, а внизу темнели ущелья), Зеруат тихонько фыркнул: ну какая там у Аманды интуиция! В Омунсонском парке она в двух шагах не заметила денорского эмиссара и как ни в чем не бывало выпила кофе с мочегонным; более того, она до сих пор не подозревает, что после выполнения миссии ее примет небытие. Вот у него, Ответственного по Безопасности, интуиция настоящая, а у Аманды — одна игра воображения.
Вздохнув, Зеруат поудобнее устроился в кресле. У него побаливала голова, ныли старые ушибы и переломы, плохо работал желудок. Когда экспедиция доберется до цели, все-таки придется надеть сервокостюм. Рассеянно потрогав левое предплечье, он вновь вздохнул: под сухой дряблой кожей прощупывался твердый шарик размером с горошину — передатчик. В карманной аптечке Зеруата лежал стерильный скальпель, ампула с антисептиком и ампула с обезболивающим препаратом — он воспользуется этим набором, если обычный передатчик, спрятанный за подкладкой куртки, потеряется либо выйдет из строя. Он все предусмотрел.
…Пусть раглоссиане избегали посещать агрессивные миры — Теневой Сенат регулярно получал информацию обо всем, что творилось на планетах бывшей Империи. Сотни специально нанятых осведомителей (эти люди сами не знали, на кого они работают и кто им платит) присылали отчеты. Зеруат создал и отладил эту систему еще полвека назад, он был тогда относительно молод — едва перевалило за восемьдесят. Система приносила свои плоды: Ответственный по Безопасности знал, как обстоят дела в чужих мирах. В том числе на Рчеаде. Не могло быть и речи о том, чтобы раглоссианский звездолет совершил посадку в южных широтах, на нейтральной территории, — это наверняка заинтриговало бы воинственных инопланетян. Поэтому Зеруат высадился в кодорелском космопорте и отправил корабль на орбиту: когда пульт Нуль-Излучателя попадет к нему в руки (а он, вопреки всему, надеялся на успех), он пошлет сигнал. Корабль приземлится, примет на борт экспедицию и стартует раньше, чем агрессоры успеют опомниться. Главное — не привлекать к себе ненужного внимания.
К нему подошел компьютерщик:
— Профессор, у меня один вопрос, можно?
— Можно, — благосклонно кивнул Зеруат.
…Ценного специалиста надо приручить. Помня об этом, он всегда разговаривал с Олегом приветливей, чем с Норбертом или Амандой. Улыбался, раза два вскользь упомянул о древних мощных компьютерах, которые сохранились на его родной планете, с готовностью отвечал на вопросы (хоть и не всегда говорил правду)…
— Вы сказали, что Рчеад принадлежал раньше бекрам, но ведь у них другой обмен веществ — значит, пока они тут жили, им все время приходилось носить дыхательные маски?
— Они и сейчас тут живут, молодой человек. — Зеруат сцепил пальцы, снизу вверх глядя на Олега. — К сожалению, никуда не делись. А насчет их дыхания… Гм… Вероятно, Рчеад — единственная освоенная планета, на которой и люди, и бекры могут обходиться без дыхательных масок. Нам нужен кислород. Бекрам он тоже нужен, но в связанном состоянии — этот газ называется реварбиут, если я не ошибаюсь. Бекрийское слово. Для нас он не ядовит. Вы обратили внимание на легкий пряный запах?
— Да.
— Это и есть реварбиут, он здесь присутствует повсюду. Без него бекры будут испытывать состояние, аналогичное нашему кислородному голоданию. Кстати, когда мы вернемся на мою планету, я смогу вам продемонстрировать бекрийский компьютер — странное устройство, если взглянуть на него с человеческой точки зрения.