–Как ощущения? – поинтересовалась она.
–Фантастически приятно! – довольным голосом отозвался доктор Руссо. – Не будете возражать, если я тут буду отсыпаться после дежурства?
Амалия засмеялась и нажала еще несколько кнопок. Из окошек стали плавно опускаться какие-то приспособления. Август увидел кислородную маску, какие-то датчики, электроды.
–Это что?
–Все необходимое жизнеобеспечение, – охотно объяснила Амалия Левановна. – Кислород подается только в необходимом количестве. Датчики непрерывно мониторят состояние всех систем организма и дают сигнал, если что-то пошло не так. Какие-то мелкие проблемы электроника решает сама – запускает гимнастику, подает питание, вводит препараты. Для более серьезных случаев есть сигнал тревоги с кодами. Он поступает на пульт дежурного врача и тот мчится на помощь. Вот, в частности, ваш случай – стоило вам моргнуть, как вся больница встала на уши. Вас тут же повезли в интенсивную терапию, где вы и пришли в себя…
–Амалия Левановна, прошу вас, – взмолился Руссо из объятий кушетки. – Давайте по делу.
Амалия обиженно поджала губы, но, взглянув на Августа, снова заулыбалась и продолжила:
–Самая главная фишка здесь – стол! Задаем ему один из нескольких автоматических режимов и – глядите!
Она снова нажала на несколько кнопок, и кушетка стала бесшумно поднимать и опускать ноги доктора, затем она принялась крутить его ногами, словно он ехал на велосипеде, а по очередной команде стала сгибать и разгибать их, прижимая колени доктора почти к подбородку.
Августу показалось, что Оскару не слишком нравилась эта гимнастика, а вот на лице Амалии он прочитал удовлетворение. “Мстит, стерва!” – восхищенно подумал он.
–И вот такой активностью стол занимается шестнадцать часов в сутки. С перерывами, конечно, и комплекс упражнений постоянно меняется – то руки, то ноги, могу показать, как он крутит голову и вытягивает спину…
–Не надо! – пискнул Руссо.
–Очень интересно! – с энтузиазмом отозвался Август. – Покрутите ему шею, я хочу увидеть, как это происходило со мной!
Амалия стала нажимать кнопки. Кушетка принялась демонстрировать способности, и доктор аж покраснел от этих “танцев”. Он уже был явно не рад тому, что стал подопытным кроликом.
“Получай, хитросделанный упырь!” – злорадно подумал Август.
Насладившись экспериментом, Август уточнил:
–А почему только шестнадцать часов?
Амалия с явным сожалением прекратила издевательство и остановила режим вытягивания позвоночника, нажав на какую-то другую кнопку. Кушетка заботливо крутанулась, ласково уложив доктора на бочок и трогательно положив ему его собственную ладошку под голову.
–Ночной режим – восемь часов отдыха, с периодичностью смены поз. Никаких пролежней, никаких застоев жидкостей, здоровые суставы, гибкие связки. Комфортнее, чем в материнской утробе!
–Потрясающе! – восхитился Август. – А с мышцами как? Разве такие принудительные движения хоть как-то позволяют их укреплять? Или, хотя бы, поддерживать в форме?
–Прекрасный вопрос! – крикнул доктор, освобождаясь от гиперопекающей кушетки. – Сразу видно – гениальный доктор, а не простой обыватель!
Август хмыкнул, а Амалия охотно объяснила:
–Вон те красные электроды подключаются к вашим мышцам и стимулируют их разрядами. Я хотела бы вам продемонстрировать, как это происходит, но…
–Но демонстраций пока достаточно, – отрезал Руссо, выходя из купола. – Главное мы уже увидели. Человек находится в коме, но всю активность за него выполняет уникальное оборудование. Таким образом, даже спустя тридцать лет, мы получаем не еле стоящего на атрофированных ногах старика, а бодрого подтянутого мужчину в самом расцвете сил!
–Электроды приходится подключать вручную, – продолжила Амалия, не обращая на него никакого внимания. – Зато гигиенические процедуры – полностью автоматика. Никакой тяжелой работы для персонала.
–Этим вы меня обрадовали сильнее всего, – смущенно пробормотал Август. – О том, кто мыл мне задницу тридцать лет, я как-то не задумывался. Неужели эту чудо-машину придумали вы специально для меня, Амалия Левановна?
Амалия быстро переглянулась с доктором и опустила глаза. Доктор сочувственно посмотрел на Августа:
–Не вспоминаете? Это – ваше изобретение. Одна из ваших блестящих технологий. Как раз незадолго до комы вы изготовили первую компенсаторную камеру. Амалия Левановна – честь ей и хвала – довела камеру до ума, уже когда вас туда поместили, но я об этом только читал. Увы, своими глазами весь процесс не видел.