После выделения всех мелочей и нюансов, он повторил интересующий его вопрос уже более нетерпеливым тоном.
Адель угрюмо продолжала молчать, смотря в сторону. Похоже, в местном погорелом театре при раздаче партитур девушка нечаянно получила роль пойманной фашистами партизанки и она ей очень понравилась.
Антон никогда не любил ура-патриотические спектакли. Терпение его быстро иссякло, он просто заглянул в голову своей подчиненной на предмет удовлетворения своего любопытства. Трактовка прошедших событий пострадавшей девушкой сильно поразила его. Он как-то считал, что никак не относится к прошедшим событиям. Наивный, как оловянный болванчик. Директор департамента всегда связан с текущей деятельности сотрудников в своем подразделении.
При чем с учетом того, что его сознание автоматически отсекало эмоции и трактовки хозяйки, то получалось, что в итоге он получил объективную реальность, демонстрирующую, что пока А.Д. Иванов как был святая простота, так ею и остался. Даже наличие господина Леонова в сознании Антона радикально не изменило ситуацию.
Он тупо глядел в точку чуть ниже середины лба Адели и тихо балдел. Что же ему теперь слова лишнего сказать нельзя? Ляпнул – мы с вами пока не можем сработаться. Эдакое - разэдакое общее пожелание, брошенное в воздух в его кабинете. И все, хорошего работника уволили.
А если он в сердцах кого далеко пошлет? Пойдет? Заставят идти?
То-то вчера вечером она активничала. Напрямую не хотела сказать? Или нельзя?
- А кто капнул? – как бы невзначай спросил он, пытаясь найти хотя бы стукача. Увы, и здесь у него произошел полный облом.
- Я сама на себя, - вздохнула Адель, – по инструкции я должна сообщать такую информацию, а, поскольку вы не дали запрета, процесс пошел автоматически. И вот я здесь. По делу наказали, даже обижаться не на кого.
- Старков сработал?
- А что он сделает? С вами никто не хочет связываться, а вы дали точный сигнал – не сработались. Собственно, он только пропустил документ. Который как бы сам образовался. А если бы он начал тормозить, пнули бы и ему. Я не знаю до конца принципы деятельности этого механизма, спросите его самого. У него есть секретные данные по деятельности магов прошлого.
- Ну, знаете ли! - Антон начал откровенно свирепеть, - я тоже человек, ну или хочу стать им (хм-хм!) и могу ляпнуть лишнего, - и распорядился: - оставьте ваш маникюрный инструмент и идите со мной.
– Да я не могу нарушать полученный приказ…, - замялась Адель.
- Или я снова потащу вас, - закончил предложение Антон и более холодно и безапелляционно заявил: - я вам и приказ, и инструкция.
Адель как бы вздохнула, - мол, сдаюсь под натиском превосходящих сил, - хотя в глубине глаз плескалось торжество. Произошедшее вчера падение, казавшееся началом мертвого пике, опускавшее ее в нижние пласты жизни, на практике может еще обернуться благодеянием. Она же пострадала. Что же можно выцыганить у господина мага в виде компенсации, так, чтобы он не понял, что его банально используют?
- Андрей Владимирович, - меж тем позвал Антона Старкова, обратившись в воздух.
Зав. отдела кадров, который никогда не опаздывал на работу и, кажется, совсем с нее не уходил, вздрогнул при появлении неведомо откуда появившегося голоса, но быстро взял себя в руки:
- Да, да, Антон Дмитриевич, всегда рад вам услужить.
Антон усмехнулся. Еще бы не рад. Впрочем, бог с ним.
- Андрей Владимирович, я вас попрошу, аннулируйте вчерашний приказ по Зверевой. Мне надо что-то сделать с формальностями? Написать бумагу? Отдать дополнительный приказ?
- Нет, - быстро сказал Старков, - устного распоряжения в рамках вашего департамента будет достаточно. У вас много полномочий.
Антон утвердительно кивнул:
- И еще, пожалуйста, реагируйте только на мои прямые указания, а то мало ли что я там не то скажу в рабочем процессе. Если выпадаю из текущего процесса – сообщайте. Я буду внимателен.
- Очень хорошо, - удовлетворенно сказал Старков, - теперь, имея ваши указания, я буду действовать куда мягче.
- А без этого нельзя было? – уколол его Антон.