— Зелень бери. Мелочь, но ходовая.
Лана налила чай и открыла холодильник. Делая вид, что увлечена разглядыванием его содержимого, вслушивалась в разговор. Деловые мужчины её всегда возбуждали, а такие привлекательные и сочные — вдвойне.
— Я переманил бухгалтера у отца. — Филипп сделал глоток и потянулся за сахаром. — Она будет заниматься и магазином, и базой, если хочешь, потом и твою возьмёт под крыло.
— Юзефовна? Умная тётка. Буду иметь в виду.
Лана решила, что пора обратить на себя внимание. Села на свободный стул и, уперев локти в столешницу, обхватила кружку двумя руками.
— Куда можно в Славянске сходить? Приличное что-нибудь есть?
— Ты ж тут выросла, — хмыкнул Лёшка. — «Зелёнка» работает, в «Алькоре» можно потусить, по выходным бывает дискотека в ДК.
— Негусто. — Лана откинулась на спинку стула, позволяя оценить грудь в распахнувшемся вороте халата. — Но лучше чем ничего. Вы туда ходите?
— Некогда, — отбрил Филипп. — Налейте, пожалуйста, ещё чаю.
— Я же просила на «ты».
— Не привык старшим тыкать.
Выполнив просьбу, Лану ушла. Не хотела, что бы её злость испортила спектакль. Филипп не поддавался на провокацию, тем интереснее его соблазнять.
На следующий день Лана узнала о поездке в Краснодар на машине Филиппа. Он вызвался отвезти Олю на рынок за платьем для последнего звонка. По дискотекам ему, значит, некогда ходить, а по «Вишнякам»[1] гулять — пожалуйста! С Олей напросилась и Настя, а Лана убедила обеих, что без неё им просто не обойтись.
Выехали рано, Лана заняла место рядом с водителем, девчонки сели сзади. Настя расположилась прямо за Филиппом. Обхватив подголовник, склонилась к нему так низко, что чуть не коснулась носом виска:
— А можно мы заедем в музыкальный магазин? В Краснодаре точно есть «Миллениум»[2].
— Конечно. Заедем.
— Ура!
Лана скосила на Филиппа взгляд. Его особенное отношение к Насте слишком уж явно бросалось в глаза, хоть и не имело любовного оттенка.
Мотор автомобиля заурчал, Филипп защёлкнул ремень и достал очки, Лана тут же отметила, что стекляшки не превратили его в «ботаника». Строгая чёрная оправа добавила возраста и солидности.
Всю дорогу слушали попеременно то Backstreet Boys, то NSYNC. Некоторые песни по два раза. Девчонки громко орали слова любимых песен и танцевали сидя. Лана наблюдала за ними со снисходительной улыбкой, всё ждала, когда Филиппу надоест и он включит что-нибудь другое или хотя бы убавит громкость, но он слушал попсу и даже местами подпевал.
На рынке не задержались, Лана только углубилась в ряды, как Оля объявила, что нашла то самое платье. Натянула светло-розовый наряд и застыла в ожидании вердикта. Настя охнула:
— Олечка, какая же ты красивая! Принцесса.
Филипп скептически приподнял бровь.
— Сидит хорошо, но цвет… — Он повернулся к продавщице. — Есть другой?
Нашлось ещё два оттенка. Оля померила небесно-голубое и подбежала к зеркалу.
— Ну как?
— К глазам подходит. Тебе идёт.
Купили голубое. Филипп отошёл от палатки, осмотрел толпу вокруг себя. Не найдя Настю, оглянулся. Она осталась в палатке, рассматривала платье, точно такое же, как у Оли, только бледно-зелёное.
Ничего не сказала, выпустила из пальцев скользкую ткань и отошла на шаг назад. Филипп достал кошелёк.
— Это тоже берём.
Настя завизжала и кинулась обнимать Филиппа. Повисла на его шее и от избытка чувств расцеловала в подбородок и скулы.
Лана восхищённо охнула. Ну, даёт сопля зелёная! Мелкая, невзрачная, а как хитро развела на платье. Ещё и под предлогом благодарности потискала объект обожания.
После рынка заехали в кафе. Обычное, без претензий, но уютное. Настя и Оля щебетали без умолку, постоянно восхищались и не преставали удивляться.
— Погляди, у них менюшка книжкой!
— А салфетки как красиво сложены!
Филипп заказал пиццу, на десерт эклеры. Когда принесли заказ, хлынула вторая волна восторгов.