Его губы сложились в полоску. Он явно не доволен последними словами, но это не я поставила нас в сестринско-братские отношения.
– Антонина, перестань, – сказал папа.
Если уж папа называет меня Антониной, то значит, я и правда перешла границы.
– Простите, – тихо сказала я.
Но это были извинения перед родителями за мое поведение, но никак не перед Максом за сказанные слова.
– Ой, вы уже пришли, – из комнаты выползла настоящая змеюка.
Сейчас, наверное, скажет «как я рада вас видеть».
– Как я рада вас видеть, – пропищала она.
Мои глаза готовы закатиться и не выкатиться больше.
И как выжить целый вечер? Решено: буду молчать и есть. Хоть какое-то удовольствие от этого вечера надо же получить.
За столом все вели диалог, кроме меня. Я уминала салаты и радовалась хотя бы этому. Но постоянно ловила на себе взгляд Макса, пусть смотрит, выглядеть идеально в его глазах я не собиралась. Я не его Лесечка, которая уже полчаса пытается разрезать курицу ножиком. К чему этот этикет, разве мы не дома?
– Леся, а ты ребеночка не хочешь? – интересуется мама.
Она уже очень хочет внуков и ждет, когда же кто-то из троих детей ей их подарит. Поэтому, как ни встреча, то мама начинает свою тактику, узнать, кто раньше ей родит внучку. И если мой брат уже давно потерпел крах в глазах мамы, то с появлением Леси в жизни Макса мама поверила, что скоро станет бабушкой. В каком месте мама увидела в Леси хорошего человека я не знаю, но и спорить с ней не хочу. Даже если бы Леся была самой замечательной девушкой, то я бы все равно не смогла ее принять. И на это есть мои личные причины.
– Дети? – удивляется она, – нет, мы еще слишком молодые с котиком, нужно пожить для себя, а дети это обуза в таком возрасте.
– Ты не права, Леся. Дети – это счастье. А мы бы вам помогли, – грустно завершает мама.
Смотрю на них и не понимаю, почему они вместе. Уже целый год они живут совместно, и почему они не поженились? Что вообще их связывает? Хороший секс? Или может он, и правда ее любит. От этой мысли мне стало не по себе, да я отчасти приняла тот факт, что у него есть невеста. Но не готова принять то, что он ее по-настоящему любит.
После ответа Леси его взгляд стал грустным, я же знаю, как он хочет ребенка.
Окунувшись в воспоминания, на моем лице появилась улыбка. Да и в целом, если убрать эту Лесю и представить, как бы все могло сложиться, будь Макс моим парнем, а не просто другом брата и сыном родителей.
– Может Антошка, вам родит, – переводит стрелки эта мадам на меня.
– Ну, для тебя я не Антошка, а Тоня, а лучше Антонина Сергеевна, – отвечаю ей.
Антошка я для родных, но никак не для нее.
– Уу, – прогудел брат.
– И да, я хочу детей, и для меня они не обуза. И обязательно рожу, двух: дочку и сына.
Вилка Макса упал на пол, и он посмотрел на меня. Помнит, он тоже помнит этот день.
Антошка, 10 лет
– Антошка, ты решила стать художником? – подсел ко мне Максим.
– Нет, я решила стать идеальной женой, – гордо заявила я.
– И кто же такой счастливчик? – улыбался Максим.
– Ты, – ответила я.
– Что?
– Что, что домашку задали. Сказали нарисовать свою будущую семью, вот это я, а это ты, – показываю на рисунок, – а еще у нас будут дети, ты сколько хочешь?
– А не рано тебе еще о таком думать?
– Не рано, Анна Михайловна сказала, что главное выбрать хорошего мужа. Я выбрала, – заявила я.
– И это я?
– Может двойняшек? – проигнорировала его я.
– Хочу дочку, – взял он карандаш и начал рисовать девочку.
– А я сына, мы сможем прокормить двоих детей? – спросила я.
– Мы? Я планирую лежать на диване, – сказал серьезно он.
– Эй, вообще-то ты кормилец семьи нашей, – толкнула его.
– Хорошо, это ты будешь лежать на диване, а я буду зарабатывать деньги.
– Я не хочу лежать на диване, – посмотрела на него я, – я хочу готовить тебе вкусный ужин, заботиться о наших детях и любить вас.