Виктория, к своему стыду, уже несколько минут стояла и рассматривала молодого человека, который напоминал загнанного зверя в момент отдыха, после продолжительной травли и погони. Странно, но меньше всего он походил на обыкновенного расчетливого красавчика, в противном случае, не прятался бы здесь под лестницей, а продолжал бы флиртовать с Маргрет Явр.
- Нет, просто с непривычки трудно вынести столь блистательное общество. Черты лица Виктории просветлели и уголки рта дернулись в мимолетной улыбке, а Тьяго окончательно понял, что пропал.
- Ваше появление вызвало настоящий переполох... - Я не нарочно. И прошу, не надо на «вы». - Как угодно. - Что еще вызвало мое появление? - Противоречивые мнения... - Догадываюсь. - Хорошо, что я вас,- Виктория на секунду запнулась, - тебя нашла первой, а не мама. - Да, меня это обстоятельство тоже радует, но если честно, я уже собирался уходить. - Так скоро? - вопрос буквально сорвался с уст девушки, в обход чувству такта и границ приличий. Юноша замер, боясь пошевелиться. Ему только что подарили призрачную надежду.
Девушка продолжала стоять и Тьяго растерялся, стоит ли ему предложить ей присесть рядом, но чутье подсказало, что лучше подняться и протянуть ей руку. Она залилась краской, не в силах понять, что с ней происходит. Редко кто из взрослых мог смутить ее до такой степени, а тут малообразованный цыган.
Альков не был рассчитан под исполинский рост парня, и поднявшись с банкетки, он наклонил голову, чтобы не удариться макушкой, в таком неловком положении сердце, да и весь он сам замер. Возможно небеса будут милостивы и удастся к ней прикоснуться.
Виктория сомневалась в том что поступает правильно, но ею завладели те же чувства, что и молодым Барфольдом.
- Тьяго, - завороженно выдохнул парень, когда ощутил в своей ладони тонкую девичью руку. - Ах, да прости, меня зовут Виктория. Я сестра Веры. - Уже догадался. Ты очень похожа на свою маму... внешне. - Не знала, что Вера встречается кем-то. - Нет, мы просто друзья, хотя она... Тьяго внезапно смолк и нахмурился. Под изучающим, пронзительным взглядом Виктории, он чувствовал себя семилетним пацаном, который только учился врать.
- ...уверена в обратном, - договорила за него девушка. - Тьяго! Голос Веры разнесся по длинному коридору и Виктория попыталась отдернуть руку, будто делала что-то неприличное.
- Как мне тебя увидеть снова? - внезапно выпалил Тьяго, сжимая ладонь девушки уже двумя руками, словно величайшую драгоценность. Его порыв был пропитан отчаянием и мольбой, глаза лихорадочно следили за малейшими эмоциями, впитывая происходящее по каплям, как панацею от смертельной болезни. Виктория опешила от напора, но проглотила возмущение, ведь ее переполняло распирающее, кипящее чувство, в котором растворялись все доводы рассудка. И то, как Тьяго держал ее за руку, вводило в больший восторг, чем тот факт, что последующим ответом она разобьет сердце родной сестры.
Его чувства, отражались будто от зеркальной поверхности, в которой Виктория видела себя.
Глаза девушки лихорадочно забегали, она даже не скрывала, что ее с головой накрыла паника. Шаги приближались и буквально за мгновенье, она прошептала:
- Завтра в полдень, у мемориала на пештской стороне набережной. В этот момент ее рука обрела свободу.
- Вот ты где! Деда согласился поужинать... Но тут Вера, заметила в чьей компании Тьяго коротал время. И если сестра, по обыкновению являла собой образец собранности и спокойствия, то в облике парня произошла разительная перемена. Дыхание участилось, глаза блестели, от прежней веселости не осталось и следа.
- Вот, нашла твоего гостя в одиночестве, - Виктория поспешила прервать неловкое молчание. - Ну, теперь мы можем вернуться на праздник. - Я поднимусь к себе, вполне достаточно на сегодня церемоний, - так не разу больше не взглянув на Тьяго, Виктория успела прочитать по лицу Веры и подозрения, и ревность, и осуждение. - Приятного вечера. Вера проводила сестру взглядом. Она почувствовав неладное и за это ощущение нужно было схватить обеими руками, вытянуть ниточку, за которую была привязана истина. Но интуиция подсказывала, что результат не сможет порадовать. Правда, по большей части, оборачивается болью и слишком дорого обходится...
Неопытность снова выставила ловушку, в которую Вера готова была бежать, ведь приманкой служила радужная картина счастливого будущего с Тьяго.
- Вера, я тоже пожалуй двину домой. Если честно не хочется возвращаться туда..., - Тьяго кивнул головой в сторону сада. - Но вечеринка в самом разгаре, обещаю, больше не брошу тебя одного на растерзание, - девушка по- свойски взяла руки в свои, но он упрямо покачал головой, пряча глаза. - Прости, я хотела тебя познакомить с довольно влиятельными людьми, просто мама немного отвлекла. Другой такой возможности может не подвернуться. В чем дело? Тебе кто-то что-то сказал? Это мама? Что она наговорила? Тьяго метался, сдерживая проклятия. Он не привык подбирать слова, следить за своими движениями, жестами, претворять мысли основательным анализом, прежде чем высказаться или следить за реакцией людей вокруг себя в надежде увидеть одобрение.