Выбрать главу

Нет, так не пойдет! Де Круа поставил стакан и подошел к журнальному столику, на котором лежал его телефон. Он набрал номер.

—       Мне нужна машина на сегодня. Без водителя. Да. Через полчаса.

Гай положил трубку. Ему надо развеяться, бездействие — мука и с ней нужно покончить.

Ровно через тридцать минут ему сообщили, что автомобиль стоит у дверей гостиницы. Француз схватил со спинки кресла пиджак и решительным шагом покинул гостиничный номер.

Глава 8

Я не проспала. Глаза, словно по неведомому мне внутреннему сигналу открылись ровно в пять утра. Больше я не смогла уснуть. Помучилась еще немного в постели и решила вставать. Похоже, не судьба мне выспаться. Дурацкие мысли лезли в голову, сердце стучало так, будто бы я только что закончила пятикилометровую пробежку.

Я поднялась с постели и отправилась в душ, надо смыть переживания вчерашнего дня. Потом маленькую чашку кофе и в школу. Рано, конечно, но я больше не могу здесь оставаться. Уж лучше бродить по улицам.

Не просушив до конца волосы, я даже не стала пить кофе. Мне хотелось бежать. Куда? Не знаю. Трудно описать это чувство. Ты что-то хочешь, но не знаешь что именно. Такое состояние, как будто я всю ночь проплакала.

Я натянула джинсы на еще влажное тело и надела черную майку. Сегодня хотелось быть особенно неприметной. Наспех побросав в сумку учебники, я вышла из дома. Остановилась, вдыхая утренний воздух. Боже, как хорошо утром! Тишина на улицах, легкий туман — сказочное время, последние теплые дни уходящего лета. Я оглянулась — в какую сторону пойти?

И тут мне на глаза попался огромный серебристый мерседес, который стоял в нескольких метрах от меня. Совпадение? Или мне теперь везде что-то такое мерещиться будет? Я приблизилась к эксклюзивному автомобилю. Нет, я не ошиблась. За рулем дремал Гай де Круа.

Как будто почувствовав, что на него кто-то смотрит, он открыл глаза. Я остолбенела. Хотелось куда-то спрятаться. Черт, неловкая ситуация из которой незаметно не выйти! Француз тем временем, отстегнул ремень безопасности и вышел из машины. Медленно приблизился ко мне. Высокий, с гордой, казалось, непоколебимой, прямой осанкой. Как ему это удается?

—       Доброе утро, Анна.

—       Доброе.

Мы стояли и молча смотрели друг на друга. Было ощущение, что этот момент никогда не закончится. Да и не хотелось, чтобы кончался. Он посмотрел на мои плечи.

—       Вы дрожите. Вам холодно?

—       Правда? Не заметила. Наверное… — пробормотала я.

—       Ваши волосы… Они еще мокрые. Вам необходимо согреться, — он снова посмотрел мне в глаза и, бросив взгляд на свои золотые часы, произнес, — как я понимаю, у вас еще есть время до начала занятий. Позвольте, я угощу вас чашкой горячего кофе? Боюсь, иначе вы рискуете простудиться.

Миллиардер, не дождавшись ответа, обошел машину и открыл дверь со стороны пассажира, жестом приглашая меня сесть во внутрь. Я, словно на автомате, последовала его решению. Не знаю, что мной тогда управляло. Гай сел за руль и завел машину. Мягким движением руки он выкрутил руль и мы выехали с парковочного места. Мне вдруг стало очень тепло. Француз, вероятно, включил обогрев сидений, потому что моей спине стало даже жарко. Я слышала о таких штуках, но никогда до этого мне не доводилось ездить в настолько дорогих автомобилях.

Мы молчали. За окнами проносилась Москва. Куда он меня везет? Наверное, мне надо было обеспокоиться. Но я не хотела. Почему-то рядом с этим человеком я не только абсолютно успокоилась, но и впервые в жизни почувствовала себя в полной безопасности. Я не заметила, как задремала.

Мне снилась бабушка. Единственная бабушка, которой уже нет.

Было солнечно утро. Мне всего пять лет и мы на даче. Пока не началась жара, мы вместе с бабушкой отправились в лес за свежей земляникой к завтраку. Запах свежей травы, покрытой росой, просто сводил с ума. Я нашла красные ягодки в траве. У меня в руке стакан. Я аккуратно собираю каждую ягодку, любуясь их красотой и безупречностью. Представляю, как приятно будет брату и сестре получить на завтрак свежие блинчики со свежими ягодами, только что собранными в лесу. Бабушка напевает какую-то знакомую песенку. Я не могу разобрать слов, ведь я еще маленькая и не знаю взрослых песен. Бабушка улыбается мне, лучи утреннего солнца падают на ее улыбающееся лицо, от чего она становится еще более счастливой.

—       Анна… Анна… Вам пора, — почему-то бабушка обращается ко мне на “вы”.

Я нехотя открыла глаза. Первое, что я увидела — хмуро смотрящего на меня Де Круа.

—       Простите меня, — я засобиралась, какой позор, надо же было взять и уснуть!